– Отец Максимилиана единственный раз поступил достойно, когда помог Анне вывезти тебя из страны. Не так-то просто забрать ребёнка из Швейцарии, лишить прошлого, дать другое имя и новое будущее, особенно, если его отец гражданин Швейцарии, а мать не здорова. История начала забываться, смерть старика всколыхнула прошлое. Состояние он завещал сыну и единственной внучке. У Максимилиана больше нет детей, и вряд ли будут. Свою часть наследства ты должна получить или отказаться от него по достижению тридцатилетнего возраста. В случае отказа, или если на тот момент тебя не будет в живых – твои дети получат всё.
– Когда это случилось? – Алиса сама себя не слышала.
– Тебе исполнилось тринадцать лет. Информацию о наследстве передали твоим официальным представителям, как несовершеннолетней, в дальнейшем именно они должны были поставить тебя в известность. В тот год я впервые за прошедшее время разговаривал с Анной, она настоятельно просила никогда не появляться в вашей жизни. К тому времени твоя мама родила сына, стала, наконец, довольна жизнью, её перестали мучить кошмары и воспоминания. Она тяжело пережила историю с Максимилианом, отказ от карьеры, подозреваю, что твоя мама долгое время страдала от депрессии. Ты же, стараниями Анны, росла жизнерадостным и талантливым ребёнком, до твоего тридцатилетия оставалось много времени. Мы предпочли уйти в сторону.
– Обалдеть! – на самом деле Пол произнёс другое слово. Элис на автомате подобрала приемлемый для себя вариант перевода.
– Ты не знал? – Алиса удивлённо посмотрела на Пола.
– Нет! Выходит, ты моя родственница?! Классно! Как только журналисты выяснят, начнут полоскать наш «роман», – он показал пальцами знак «кавычек». Со временем забылось, что Полу Бридель и Элис Эмон приписывали любовную связь, сейчас муссировалась версия о нетрадиционной сексуальной ориентации Пола. – В Швейцарии законодательно не запрещены инцесты, будет куда бежать, – он ухмыльнулся и снова ударил по карманам в поисках пачки сигарет.
– Прекрати кривляться, – отрезал Артур. – Если бы так случилось, не было бы преступления. Родство настолько дальнее, что не стоило волнений. К тому же, ты приёмный ребёнок – это известно всем, включая журналистов.
Алиса узнала этот факт биографии Пола совсем недавно, он не произвёл на неё никакого впечатления, как не производил на самого Пола. Он считал Артура и Марию родителями, а то, что его забрали из детского дома под Томском в пятилетнем возрасте и не стали менять имя Павел, сменив на разговорный вариант «Пауль» – лишь забавным случаем в своей жизни.
«Представляешь, я родился в Сибири!» – иногда говорил Пол. Вот и всё его отношение к факту собственного усыновления.
– Артур, – Алиса перевела взгляд на отца Пауля-Пола-Пас-ши. – К чему этот спектакль? Зачем?
– О чём ты спрашиваешь?
– О том, что Пол нашёл меня, теперь мы работаем в дуэте. О том, что добиться такого успеха за короткий срок невозможно, а мы добились. Мы – почти Роллинг Стоунз от классики!
– Нет-нет! – Мария взмахнула руками, пока Артур соображал, что именно хочет сказать внучка великой Анны Эмон. – Мы действительно не знали имя девушки, с которой Павел снял квартиру. Мы даже не сразу узнали, когда он получил грант и поступил в Королевскую академию! Мой мальчик всегда поступал так, как считал нужным. Твоё появление в жизни нашего сына – случайность. Вы прекрасный дуэт! У Артура хороший вкус, намётанный глаз. Представь, сколько музыкантов проходит перед ним ежегодно. Постоянный член жюри фестивалей и конкурсов, дирижёр, музыкант с огромным опытом – он сразу отметил, насколько вы гармонично смотритесь на сцене. Что вы обязательно сыграетесь. Анна, увидев вас вместе, сказала так же! Редкое совпадение. Удача! Это, как найти Куллинан.*
– Я не мог сказать тебе, – Артур посмотрел на Элис. – Анна опасалась за душевное состояние твоей матери, твоё состояние. Твой папа был категорически против, считал – ты слишком молода, чтобы понять происходящее в те дни. И я понимаю его, понимаю. Мы все чего-то ждали, пока… Пока не случилось это безумие.
__________________________________
*
Глава 52
Шёл десятый день без Анны Эмон, Алиса никак не могла примириться с этим, не выходило. Не получалось даже до конца понять эту новую действительность. Осознать реальность.
В новом мире не было бабушки. В этом, каком-то сюрреалистичном существовании Анна не зайдёт в комнату внучки, не посмотрит с немым упрёком, напомнив, что мировая слава – славой, известность – известностью, а работать необходимо ежедневно. Сейчас с ещё большей отдачей. Ведь на Элис Эмон смотрит весь мир.