Читаем Островок Вневременье полностью

Это у меня такая система купирования храпа напарника. Как только его богатырский рык подбрасывал меня на койке, я хватал пустую тару из-под какого-нибудь напитка и со всей дури швырял об пол. Пустая бутыль на пару литров несколько раз прыгает всем своим пластиком, оглашая помещение мощными противными звуками, способными встряхнуть кого угодно. В результате акустического воздействия храп тут же стихал, а я получал шанс задрыхнуть. Максимальный расход за ночь – три бутыли. И они всегда стояли так, чтоб не пришлось искать в темноте. Схватил, кинул, повернулся на бочок, заснул – такая вот технология.

В общем, сегодня по плану у меня намечалась капитальная отключка. Я откупорил еще бутылочку «Патры», с удовольствием сделал глоток, закурил и раскрыл книгу. Все к чертям собачьим, кроме сюжета, пива и сигарет. Увы, но меня обломили в самом начале поиска второго Фонда. Только-только должно было открыться хранилище Селдона, как стук в дверь прервал ожидание. Наверняка у это гебешного вампира к вечеру клыки чешутся. Я с кряхтением поднялся с ложа и поплелся открывать, по пути к двери стараясь закрепить на лице все обуревавшие меня к этому чекисту чувства. Состроить какой-нибудь симпатичный наборчик в диапазоне от апатии до отвращения.

Но за дверью меня ждал сюрприз: сияющий Автолыч обнимал обеих магазинных барышень. В коридоре заметно посветлело от Аленкиной счастливой улыбки. Глаза поблескивали и у нее, и у напарника, оба раскраснелись. Видать, перед визитом они не только угостились огненной водой, но и поиграли-таки в ладушки. На щеках у Маши тоже горел румянец, только тут дело было не в морозе, а в смущении. Пусть я и с большим трудом читаю разные невербальные сообщения людей, но здесь даже усилий не требовалось. Предельно четко сформулировано, можно сказать.

– Мы в гости решили заглянуть, продолжить вечер. Хотел предупредить, звонил, но ты не ответил, – Автолыч протянул мне звенящий стеклом пакет.

– Угу.

Я на автомате принял сумку и с недоуменным видом переводил взгляд с одного лица на другое.

– Так войти-то нам можно? – спросил напарник.

– А? Да-да, конечно! – только сейчас я сообразил, что заблокировал своим телом дверной проем, и отступил вглубь комнаты. – Проходите!

Пока гости проходили и снимали верхнюю одежду, я заглянул в пакет. Там оказалась пара бутылок шампанского, бутылка «Верхотурской таможни», шпроты и коробка конфет.

– Это девушкам я тут взял немножко, – серьезно пояснил напарник, как будто я мог предположить какой-то другой вариант утилизации принесенного. – Беленькую мы уже приговорили с Аленой, а это нам вместе посидеть. Пойдет?

– Думаю, запросто.

Пришлось мне быстренько убрать подготовленное для сибаритского отдыха лежбище. В конце концов, можно и завтра проваляться хоть до вечера. Не каждый день мы гостей принимаем. Особенно столь симпатичных.

Аленка, как старшая, тут же взяла быка за рога.

– А где тут у вас продукты? Мы сейчас чего-нибудь приготовим, а вы займитесь столом.

Я открыл было рот, чтобы отказаться, но Автолыч хитро подмигнул, и пасть моя сама собой захлопнулась, зубы явственно щелкнули. Напарник увел девчонок на кухню, а когда вернулся – мы шустро составили вместе тумбочки, подкладывая сложенные бумажки под излишне гуляющие ножки. С задачей мы справились неплохо. Импровизация вполне тянула на не слишком крупный столик. Когда закончили, я вопросительно посмотрел на Сашку. Он перехватил мой взгляд.

– Мы когда с Аленкой пошли к ней, то там дернули водки, потом туда-сюда разное, ну сам понимаешь. А потом она, значит, попросила познакомить с тобой Машу. Девчонка она хорошая, говорит, только стеснительная очень. И понравился ты ей, опять же. Мы и решили ее вытащить на прогулку и заскочить в номер.

– А охранник?

– Ну, прифигел слегонца, не без этого, однако не остановил. Как я понял, боятся они тебя всеми сменами. Ты ж спецагент у нас теперь.

– Угу, конкретный такой спецагент.

– А, не важно. Главное, что пускают.

– Влад-то не попадался?

Меньше всего мне бы сейчас хотелось получить чекиста в нагрузку к симпатичному вечеру.

– Не встречали его.

– Ну и слава богу.

Девушки вернулись с тарелками. Мы притащили стаканы и разлили шампусик. Первая доза, «за дам», пошла хорошо. После тоста с шампанским, я откупорил себе «Таможню», а напарник открыл водку, которую почему-то извлек из кармана куртки. Дело пошло на лад. Скоро мы уже смеялись и болтали на все темы подряд.

Перейти на страницу:

Похожие книги

120 дней Содома
120 дней Содома

Донатьен-Альфонс-Франсуа де Сад (маркиз де Сад) принадлежит к писателям, называемым «проклятыми». Трагичны и достойны самостоятельных романов судьбы его произведений. Судьба самого известного произведения писателя «Сто двадцать дней Содома» была неизвестной. Ныне роман стоит в таком хрестоматийном ряду, как «Сатирикон», «Золотой осел», «Декамерон», «Опасные связи», «Тропик Рака», «Крылья»… Лишь, в год двухсотлетнего юбилея маркиза де Сада его творчество было признано национальным достоянием Франции, а лучшие его романы вышли в самой престижной французской серии «Библиотека Плеяды». Перед Вами – текст первого издания романа маркиза де Сада на русском языке, опубликованного без купюр.Перевод выполнен с издания: «Les cent vingt journees de Sodome». Oluvres ompletes du Marquis de Sade, tome premier. 1986, Paris. Pauvert.

Донасьен Альфонс Франсуа Де Сад , Маркиз де Сад

Биографии и Мемуары / Эротическая литература / Документальное
10 гениев спорта
10 гениев спорта

Люди, о жизни которых рассказывается в этой книге, не просто добились больших успехов в спорте, они меняли этот мир, оказывали влияние на мировоззрение целых поколений, сравнимое с влиянием самых известных писателей или политиков. Может быть, кто-то из читателей помоложе, прочитав эту книгу, всерьез займется спортом и со временем станет новым Пеле, новой Ириной Родниной, Сергеем Бубкой или Михаэлем Шумахером. А может быть, подумает и решит, что большой спорт – это не для него. И вряд ли за это можно осуждать. Потому что спорт высшего уровня – это тяжелейший труд, изнурительные, доводящие до изнеможения тренировки, травмы, опасность для здоровья, а иногда даже и для жизни. Честь и слава тем, кто сумел пройти этот путь до конца, выстоял в борьбе с соперниками и собственными неудачами, сумел подчинить себе непокорную и зачастую жестокую судьбу! Герои этой книги добились своей цели и поэтому могут с полным правом называться гениями спорта…

Андрей Юрьевич Хорошевский

Биографии и Мемуары / Документальное