— Закажи что-нибудь на свое усмотрение, — отмахиваюсь, взглянув на часы, которые подползают к восьмерке. — Я все равно буду поздно.
Она смеется, посылает мне поцелуй, заверяет, что сильно скучает, описывает, как будет меня встречать, когда я приеду.
А я молча слушаю, а потом сбрасываю звонок.
Без ответа.
Снова закапываюсь в работу, занимаюсь делами, которые могли бы дожить и до завтра. Но интерес стремительно угасает, и я решаю на этом закончить. Все равно толка не будет.
В приемной что-то вычитывает на экране ноутбука Снежана.
— До завтра, Лев Николаевич, — заметив, что я ухожу, не позволяя себе даже облегченного вздоха.
Выходя из приемной, слышу, как она выключает технику, тоже собираясь домой. Только после своего руководства. Настоящий верный помощник.
Офисный коридор встречает ожидаемой тишиной и теменью, что рассеивается из нашей приемной и… глазам не верю — из Пашкиной тоже.
Около девяти зайдет уборщица и выключит оставленный свет, но я все равно зачем-то меняю маршрут и сворачиваю.
А приблизившись к приемной, к своему удивлению, слышу тихий стук ударов по клавишам ноутбука. Останавливаюсь в дверях, и смотрю на помощницу Пашки, которая никуда не спешит, даже не собирается, а что-то сосредоточенно изучает на экране. Хмурится, задумчиво прикусывает губу, вздыхает и снова активно печатает.
Надеюсь, не резюме рассылает? А то за изгнание хорошего специалиста не видать мне Пашкиных сувениров.
Она так увлечена своим делом, что совершенно не замечает моего присутствия. Да и времени тоже.
— Домой не спешите? — спрашиваю негромко, чтобы не напугать.
И все-таки она вздрагивает.
Не ожидала, что кто-то есть в офисе, кроме нее, или мой голос так действует? Да нет, все же первое. Иначе в моем кабинете она бы слушала и кивала, кивала и слушала, а она торговалась так, что к концу нашего разговора даже немного сипела.
Поднимает голову — страха, что ее застали за чем-то неприемлемым нет. Протирает уставшие от экрана глаза и отвечает с той же наглой откровенностью, но гораздо тише, чем в моем кабинете:
— Как и вы.
В точку.
Но здесь не нужно быть Нострадамусом.
Мы оба в равных условиях — могли давно уйти, но не сделали этого.
— И что же вас так задержало? — прислоняюсь к косяку двери, снисходительно наблюдая за тем, как она снова что-то читает с важным видом эксперта.
— Да вот, как раз занимаюсь тем, чтобы вам как минимум захотелось поскорее возвращаться домой, — обернувшись, она с усмешкой кивает на окна с мелкими влажными росписями запутанных иероглифов и добавляет. — Особенно когда на улице дождь.
Смешное заявление, спорное. Для тех, кто передвигается на машине, дождь не имеет значения.
— А как максимум? — хватаюсь за совершенно другое.
— Чтобы домой хотелось возвращаться всегда, — отвечает уже без тени улыбки. — И не сомневаться в том, что вас ждут.
На минуту мы оба смолкаем, словно пытаясь разобрать те надписи на стекле, которые пишет нам дождь.
Глава 24
Лев
Не знаю, о чем думает помощница Пашки, возможно, мне только чудится легкая грусть в ее голосе.
Я же пытаюсь представить: ждала бы меня дома Настя, если бы не проблемы с ногой, и не могу. Клубы, танцы, ночная жизнь — это настолько большая ее составляющая, что без них она начнет, как и этот кактус, разбрасываться колючками.
— Вы заметили, — киваю на растение на столе, — что ваш первый питомец в коллекции активно лысеет?
— Его можно понять, — она окидывает сочувственным взглядом колючку. — У него сильный стресс: переезд, новая обстановка, внезапное знакомство с генеральным директором.
— Хорошо, что такая реакция на меня только у кактусов.
— Другие могут просто умело скрывать. Все же вы действительно производите сильное впечатление.
— И на вас?
— Особенно на меня, — соглашается, не моргнув глазом. — Остальные сотрудники уже разбежались, а я… Вот как дали задание — так без обеда над ним и сижу.
Если не врет, и в коридоре я слышал не пустые дифирамбы, наверняка постарается пристроить мне кого-нибудь уже к концу этой недели. А если ей еще и очень деньги нужны… Надо попросить бухгалтера ускорить аванс в этом месяце.
— Похвастаетесь успехами?
— Давайте я лучше к вам завтра зайду, — отмахивается она. — Выделите для меня в своем графике время? Пока я просто прикидываю, просматриваю, ищу варианты… в общем…
И она опять отвлекается на экран ноутбука, строя из себя знатока людских душ.
Становится интересно — видит ли она хотя бы то, что лежит на поверхности. И как раз удачный момент — рамки условностей немного размыты временем, настроением и тем, что мы никуда не спешим.
— Давайте для начала проверим, насколько у нас совпадает мнение в элементарных вопросах, — делаю вид, что задумываюсь. — А, ну вот, например. Если женщина не раз говорит мужчине, что устала от общественного транспорта в виде такси, что она на самом деле хочет сказать?
— Что будет не против, если этот мужчина ей купит машину, — отвечает без секундной заминки.
Киваю.
Согласен.
Наверное, Настя решила, что полгода — достаточный срок и стабильность стоит дороже, чем мы оговаривали.