– Там живут девушки из касты проституток, – подтвердил Эндрю мои догадки.
– Вот оно что, – сказал я. Мне приходилось читать истории из жизни индийских проституток. Иерархичность индийского общества играет с ними злую шутку – если ты родилась в семье определенной касты, то твой профессиональный выбор предопределен без учета твоего желания. Сколько раз было так – хочет, к примеру, девушка жить честно и порядочно, занять в этом мире достойное место. Но все парни, как только узнают, что она родом из касты проституток, резко меняют к ней отношение. И никого не волнует, какой образ жизни на самом деле ведет эта девушка. Это ужасно.
Вспомнилась цитата из рукописи Афанасия Никитина «Хождение за три моря»:
– Слушай, Эндрю, хотел тебя спросить, а что за странная компания собирается возле дальней пиццерии?
Уже несколько дней до этого мы с Алексой наблюдали весьма необычную картину. Возле одного гоанского заведения периодически появлялись колоритные парочки на скутерах и мотобайках. За рулем парни индийской внешности, на задних сиденьях молодые девушки в хиджабах – традиционных исламских платках. Причем платки закрывали почти все лицо, оставляя открытыми лишь узкие щелочки для глаз.
Что удивительно, несмотря на целомудренность головного убора, в остальном наряды девушек давали простор самому смелому воображению – обтягивающие майки и кофточки подчеркивали выдающиеся вперед груди, тугие джинсы плотно облегали соблазнительные попки и длинные ноги.
Поведение таинственных незнакомок тоже также попирало все правила приличия – девушки открыто обнимались со своими спутниками и, садясь на задние сиденья мотобайков, эротично изгибались всем телом.
Я спросил у Эндрю:
– Почему эти мусульманки так необычно себя ведут?
Обычно сдержанный Эндрю эмоционально всплеснул руками:
– Это не мусульманки. Это обычные индианки. Встречаются со своими бойфрендами. Закрытый платок на голову надевают, чтобы их никто из знакомых не увидел и не смог опознать.
– Почему?
– У нас считается неприличным, если девушка открыто встречается с парнем. Сразу пойдут нехорошие слухи. Поэтому девушки вынуждены маскироваться.
– А кто они по вероисповеданию?
– Христианки, индуистки.
– А мусульманки?
– Может быть, и мусульманки. Все может быть.
– А как же религия?
Эндрю молча пожал плечами.
«В конечном счете все религии во всем мире сводятся к одному и тому же – главное, чтобы соседи и родственники ничего не узнали и не осудили», – подумал я.
Вернемся в отель «Солнечная вилла».
Вслед за Алексой наступила моя очередь выйти на съемочную площадку. Мне объяснили мою роль – я прогуливаюсь по краю бассейна, заглядываюсь куда-то в сторону и, не заметив, нечаянно сталкиваю плечом главную героину в воду.
Казалось бы, простенький эпизод, но сколько в итоге пришлось затратить на него усилий!
Сперва наметили точку нашего столкновения на дорожке, выставили вокруг три камеры – статичные и подвижные. Трудность заключалась в том, что мы с Неху должны были пересечься в точно указанном квадрате, чтобы не выпасть из кадра.
Так как главная героиня падала в воду, то снять весь эпизод нужно было с одного дубля. В случае неудачи ждать, пока актриса высохнет, снова загримируется, сделает прическу, переоденется в сухую одежду, времени просто не было. Съемочный день жестко расписан.
Мне несколько раз повторили как заклинание: «Один дубль, понимаешь? Один дубль!»
У кромки бассейна нам отмерили количество шагов, которые мы с Неху должны были совершить навстречу друг другу. Затем стали репетировать саму сцену – удар плечом не должен был выглядеть слишком слабым или, напротив, сильным. Все должно выглядеть естественным, не наигранным. При этом мы с актрисой оба должны смотреть по сторонам, не замечая друг друга, но при этом пересечься в точно указанной точке, на которую нацелились все камеры.
У меня в голове вертелась только одна мысль – как бы все не испортить!
Наконец команда: «Мотор! Экшн!» Началось!