– Не верю! – сказал он вслух, резко тряхнув головой. Элис была слишком напугана, слишком взволнована, слишком нерешительна для женщины, привыкшей к таким приключениям. А наутро она даже глаз не подняла! Нет, распутные вдовушки так себя не ведут. И особы, продающие любовь за деньги, тоже. Господи, она ведь даже видеть его больше не хотела! Никогда!
Нет. Натан сердцем чувствовал: Элис – порядочная женщина! Так почему же ее осуждает весь город? Может, дело просто в том, что она живет одна и не слишком любезна, с соседками? Или редко ходит в церковь? Или отказалась выйти замуж за какого-нибудь достойного человека – и тот с горя уехал куда глаза глядят? Да мало ли почему старые сплетницы могут перемывать кости молодой вдове! Вот только что-то уж слишком зло они это делают! Натан сам видел, какая ярость полыхала в, глазах у горожан, когда речь зашла об Элис.
– Хватит об этом думать, – твердо сказал он себе. – Это не твое дело. От тебя требуется лишь одно – защитить ее, когда бандиты появятся на ферме. Ты получил приказ и должен его выполнить. Такая уж у тебя служба. И чувства тут вовсе ни при чем. А значит, и переживать нечего.
Натан очень надеялся, что в его отношениях с Элис Грэхем не будет ничего личного. Может, она его даже не узнает. Ему было бы намного легче провести на ее ферме несколько недель, если бы ни он, ни она просто не вспоминали о той ночи. И говорили бы только о делах.
– А почему бы и нет? – пробормотал он. – В конце концов, все это уже быльем поросло… И если она еще помнит об этом, то скорее всего тоже хочет забыть, как и я. Когда я приеду на ранчо, я буду вести себя с ней так же, как с любой другой женщиной, которую мне поручили защищать, и тогда все будет в порядке.
Он вздохнул и снова пустил лошадь рысью. Да, решение он принял неплохое. Еще бы теперь его выполнить…
Натан ехал по пыльной дороге к ферме Грэхемов, скользя взглядом по обветшалым строениям и поваленным заборам. Было совершенно очевидно, что Элис не истратила ни цента из добытых братом денег, чтобы привести хозяйство в порядок. Ферма выглядела еще более запущенной, чем в прошлом году. Глаз радовала лишь клумба перед домом…
Натан спешился, забросил поводья на коновязь и пригляделся к ступенькам крыльца, опасаясь, как бы они под ним не подломились. В конце концов он пожал плечами и осторожно шагнул на первую ступеньку. «Ну как же можно доводить хозяйство до такого состояния? – раздраженно подумал он. – Она могла, по крайней мере, нанять кого-нибудь, чтобы ей починили крыльцо, пока она не убилась, свалившись с него». Он нахмурился, поймав себя на этих мыслях.
– Не твое собачье дело, в каком состоянии находится хозяйство, – сказал он себе. – Делай свое дело и помалкивай.
Осторожно ступая по скрипящим доскам, Натан подошел к двери и постучал, заметив мимоходом, что верхняя петля сломана. Почти сразу же ветхая дверь со скрипом отворилась, и впервые за пятнадцать месяцев Натан взглянул в бирюзовые глаза женщины, которую отчаянно старался забыть. Волна чувств захлестнула его, и он на миг лишился дара речи. В ней появилось что-то новое, что-то такое, чего не было прежде. Это было трудно уловить… Никто, пожалуй, ничего бы и не заметил. Но Натану, который долгие месяцы хранил в памяти ее образ, перемены эти сразу бросились в глаза. Она стала как-то мягче, ее фигура приобрела более округлые очертания, а ее пышная грудь так и рвалась наружу из поношенного платья. Впрочем, когда Элис увидела Натана, вся мягкость ее мгновенно улетучилась.
– Вы! – закричала женщина. – Что вам здесь надо?
Натан посуровел.
– Меня послали власти штата Техас, чтобы защитить вас, – ответил он не терпящим возражений тоном.
– В таком случае можете убираться туда, откуда пришли. Мне вы тут не нужны.
Она попыталась захлопнуть дверь у него перед носом, но Натан успел просунуть ногу в щель, не давая двери закрыться.
– Черт, подождите минутку! – рявкнул он. – Вы же прекрасно знали, что к вам на ранчо должны прислать рейнджера!
– Да, знала, – прошипела Элис, все еще пытаясь закрыть дверь. – Но если бы мне сказали, что это будете вы, я бы никогда в жизни не согласилась!
Окончательно разозлившись, Натан ухватился за дверь двумя руками и сильно рванул ее. Элис выпустила дверную ручку и невольно отступила назад. Воспользовавшись замешательством женщины, Натан вошел в дом.
– У вас нет выбора, леди! – мрачно заявил молодой человек.
Он обежал глазами бедно обставленную комнату, задержав взгляд на небольшом диванчике в углу. Несмотря на весь свой гнев, Натан не мог справиться с нахлынувшими воспоминаниями. Да, все случилось на этом самом диванчике… Голос Натана невольно смягчился:
– Чтобы вы знали, миссис Грэхем, я не просил посылать меня к вам. Но раз уж я здесь, нам, по-моему, не стоит ссориться. Давайте постараемся держать себя в руках! – Идите к черту! – Элис, похоже, не собиралась налаживать отношения. – Я не намерена терпеть здесь ваше присутствие! Убирайтесь!
– И не подумаю, – сухо заявил Натан.