— Конечно, бред, миленькая! — горячо воскликнул он. — А Кох не говорил, где этот аппаратик находится? На каком принципе он работает?
— Что-то про какие-то… микролиптоны, что ли, нес, — пожала я плечами.
— Микролиптоны?! О-о-о! — Он схватился за лысую голову и закрыл глаза. — Все-таки сделали, своло… — он взял себя в руки и степенно произнес: — Чего только не придумаешь с больной головой, не правда ли? Психи — они и есть психи, что с них возьмешь. Так где, говорите, этот аппарат они держат?
— Я этого не говорила, потому что не знаю. Меня в мужчине интересует только одна вещь, и я прекрасно знаю, где она находится. Но это отнюдь не микролиптон и не психотронная пушка, — усмехнулась я. — Надеюсь, вы догадываетесь, о чем я?
Он не ответил, уставившись на меня невидящим взглядом, поглощенный своими мыслями. Кадык его судорожно ходил вверх-вниз, лысина вспотела, и мне даже захотелось обмахнуть ее платочком. Наконец он, что-то обдумав, снова заговорил:
— Знаете, я вам верю. И у меня к вам предложение: хотите работать на органы?
— Спасибо, но я уже работаю на органы, — невозмутимо ответила я. — На половые…
— Это все туфта, — поморщился он. — Я вам предлагаю настоящую работу и настоящие деньги. Будете как бы двойным агентом — работать и на свои органы, как вы говорите, на половые, и одновременно на наши, специальные. И там, и там будете получать
деньги.
— Что я должна буду делать? — деловито
спросила я.
— Вот это уже разговор! — Он довольно потер руки. — Вам нужно втереться в доверие к Коху.
— Как же я вотрусь, если он — наводчик для маньяков?
— Это он так, для отвода глаз сказал. Не хотел, чтобы вы знали, что он из психушки сбежал. Но теперь-то вы все знаете, придумаете что-нибудь, скажете, что влюбились…
— Допустим, и что дальше?
— Дальше? — Он посмотрел на меня долгим взглядом. — Дальше вы будете внимательнейшим образом выслушивать весь его бред и передавать нам слово в слово. Понимаете, дыма без огня не бывает, так что не исключено, что эти ученые маразматики и вправду что-то изобрели…
— Почему вы все время говорите: они? Кох ведь один.
— Если бы! Их там целая банда орудует.
— И все больные?
— Почти, так скажем. Но это не суть важно. Добудьте нам ценную информацию и до конца дней не будете ни в чем себе отказывать, будете купаться в золоте, в роскоши и богатстве, у вас будет море клиентов, если захотите! Но только узнайте, где они прячут этот свой аппарат.
— Какой аппарат?
— Ну то есть, — стушевался он, — я хотел сказать, если сделали, то где держат. Вы же понимаете, какую опасность для общества представляет собой подобное оружие? Его нужно немедленно изъять и… уничтожить, — он облизнул пересохшие губы.
— А как я узнаю, что это именно этот аппарат, а не, например, стиральная машина?
— Не волнуйтесь, не перепутаете. Если мы договоримся, то я вам кое-что покажу и даже продемонстрирую, — он осклабился. — Такую вещь ни с чем не спутаешь.
— А деньги будут большие?
— Просто дикие, в буквальном смысле слова
— Тогда считайте, что мы договорились. Мне нужно заполнить контракт?
— Контракт? — Он вытаращил глаза. — Ах, да, конечно, вы подпишете все необходимые бумаги, подписку о неразглашении тайны и прочее. Потом мы проверим всю вашу биографию до пятого колена и будем контролировать каждый ваш шаг. Помните: руки у нас длинные, вы не сможете сбежать или обмануть нас. Но если будете хорошо работать, станете богатой и попадете в касту неприкасаемых.
5