Читаем Париж полностью

Петергофский ансамбль лишь композиционной осевой идеей исходит от Марли-ле-Руа и напоминает о нем лишь названием и миниатюрностью дворца.

Парадная резиденция в Версале - это полная противоположность Марли по пространственному размаху ансамбля, архитектурно-композиционному богатству и разнообразию творческой выдумки архитекторов Л. Лево, Жюля-Ардуэна Мансара, Андре Ленотра и других. Версальский дворец и парк - ярчайшее архитектурное выражение французского абсолютизма.

В 1624 году рядом со старинной деревушкой Версаль по распоряжению Людовика XIII был выстроен небольшой охотничий замок. В 1632 - 1638 гг. полюбившаяся королю загородная обитель была коренным образом перестроена малоизвестным архитектором Филибером ле Руа. Новый П-образный в плане дворец из кирпича и камня при последующем развитии сохранял значение ядра композиции. Наряду с постройкой дворца архитектор и известный садовод Андре Ленотр начал устройство большого парка, используя массив естественного леса. Когда в 1668 году - знаменательном для Версаля - при Людовике XIV развернулись грандиозные работы по созданию репрезентативной загородной королевской резиденции, первоначальный дворец был сохранен и за счет пристройки крыльев сильно расширен.

К работам были привлечены архитектор Лево, декоратор Лебрен и продолжил работу Ленотр. Луи Лево развил первоначальную композицию дворца пристройкой крыльев, обрамляющих так называемый Мраморный двор, действительно вымощенный плитами мрамора. В 1670-х годах архитектор Жюль-Ардуэн Мансар еще больше расширил дворец, пристроив корпуса, сильно выдвинутые во двор и фланкирующие его переднюю часть, называемую Королевским двором. Он же выстроил гигантские крылья, отошедшие на юг и север от дворца, созданного Ленотром. Фасады крыльев по сторонам Королевского двора в колонном ордере эффектно оформил архитектор Жак-Анж Габриэль в 1771 - 1773 годах.

Так постепенно образовалась вместе с первоначальным дворцом оригинальная глубинная ступенчатая композиция с Мраморным двором в глубине, Королевским двором и Передним двором впереди, между параллельными министерскими корпусами, сдвинутыми от оси, что позволило расширить этот двор, со стороны города огражденный чугунной красивой оградой на высоком каменном цоколе.

Замощенный клинкером пространный Передний двор полого поднимался от ворот ко дворцу, и на самой высокой его отметке на главной оси в 1834 году был установлен конный памятник Людовику XIV - произведение Петио и П. Картелье. Крылья здания, отошедшие в сторону от первоначального ядра (северное и южное), как и зеркальная галерея, охватившая первоначальный дворец с востока и выступающая в парк, были созданы в 1680-х гг. тоже Мансаром, который придал сложной композиции дворца полную законченность.



Версаль. План ансамбля

1 - дворец; 2 - Передний двор со статуей Людовика XIV и министерскими корпусами; 3 - бассейн Латоны; 4 - бассейн Аполлона; 5 - Большой канал; 6 - Большой Трианон; 7 - Малый Трианон; 8 - Мельничная деревушка; 9 - придворные конюшни


Дворец поражает протяженностью фасадов и, несмотря на разновременность строительства, своею цельностью. Заметно отличаются друг от друга фасады, фланкирующие Мраморный и Королевский дворы, и полный благородного величия восточный фасад. Последний замыкает всю планировочную композицию пространного регулярного парка, террасами спускающегося к удаленной части, с каналом в форме гигантского креста.

Отталкиваясь от итальянской архитектуры эпохи позднего Возрождения, архитекторы Лево и Мансар для фасадов Версальского дворца нашли достаточно строгий композиционный прием, используя большой ордер. Его колонны и пилястры возвышаются со стороны парка на цокольном этаже, решенном в виде непрерывной аркады, пилоны которой как бы составлены из горизонтальных рустов. Садовый фасад длиной в 680 метров расчленен сильно выдвинутым средним ризалитом с прославленной зеркальной галереей и мерно чередующимися, слегка выступающими четырех-, шести- и восьмиколонными портиками. В Версале со всей силой проявилось искусство Лево и Мансара, которые нашли специфику в воспроизведении классического ордера, дополненного венчающими декоративными статуями на портиках, вазами и военными трофеями на парапете аттикового этажа. Здесь отразились поиски французских архитекторов своего, оригинального ордера, осуществленные по инициативе Французской Академии архитектуры.



Дворец и парк в Версале


Перейти на страницу:

Похожие книги

Александровский дворец в Царском Селе. Люди и стены, 1796–1917
Александровский дворец в Царском Селе. Люди и стены, 1796–1917

В окрестностях Петербурга за 200 лет его имперской истории сформировалось настоящее созвездие императорских резиденций. Одни из них, например Петергоф, несмотря на колоссальные потери военных лет, продолжают блистать всеми красками. Другие, например Ропша, практически утрачены. Третьи находятся в тени своих блестящих соседей. К последним относится Александровский дворец Царского Села. Вместе с тем Александровский дворец занимает особое место среди пригородных императорских резиденций и в первую очередь потому, что на его стены лег отсвет трагической судьбы последней императорской семьи – семьи Николая II. Именно из этого дворца семью увезли рано утром 1 августа 1917 г. в Сибирь, откуда им не суждено было вернуться… Сегодня дворец живет новой жизнью. Действует постоянная экспозиция, рассказывающая о его истории и хозяевах. Осваивается музейное пространство второго этажа и подвала, реставрируются и открываются новые парадные залы… Множество людей, не являясь профессиональными искусствоведами или историками, прекрасно знают и любят Александровский дворец. Эта книга с ее бесчисленными подробностями и деталями обращена к ним.

Игорь Викторович Зимин

Скульптура и архитектура
Две Москвы. Метафизика столицы
Две Москвы. Метафизика столицы

Рустам Рахматуллин – писатель-эссеист, краевед, многие годы изучающий историю Москвы, – по-новому осмысляет москвоведческие знания. Автор прибегает к неожиданным сопоставлениям и умозаключениям, ведет читателя одновременно по видимой и невидимой столице.Сравнивая ее с Римом, Иерусалимом, Константинополем, а также с Петербургом и другими русскими городами, он видит Москву как чудо проявления Высшего замысла, воплощаемого на протяжении многих веков в событиях истории, в художественных памятниках, в городской топографии, в символическом пространстве городских монастырей и бывших загородных усадеб. Во временах Московского Великого княжества и Русского царства, в петербургскую эпоху и в XX столетии. В деяниях Ивана Калиты и святого митрополита Петра, Ивана III и Ивана Грозного, первопечатника Ивана Федорова и князя Пожарского, Петра I и Екатерины II, зодчих Баженова и Казакова и многих других героев книги.

Рустам Эврикович Рахматуллин

Скульптура и архитектура