В правах тебя никто не поражает,
Самодовольство, сытость — это ли не цель
Для тех, кто из России уезжает?
Вдоволь по России намотался,
От предательств собственных устав,
В край родной Иудушка подался
Иудейский соблюдать устав.
Мечом гордиться нужно и булавой,
И век свой проходя в одной рубахе,
Уж лучше жить в империи без славы,
Чем пребывать от всех нашествий в страхе.
В пристрастии к стране как примешь лишнего,
То и сознанье станет дефективное.
И я молю тогда Отца Всевышнего:
Спаси от диссонанса когнитивного!
Рванувшими за правом первородства
Затоптана страна толпой перронною.
Но для того, что чист, а не юродствует,
Отчизна не кровавая, а кровная.
Где шуты при царях в дефиците,
Там народу совсем не до смеха.
На семи ветрах правду ищите…
Вот и я из России уехал.
Кто срок мотали вместе с зэками
Разгуливают удручённые.
А надзирать кому уж не за кем
Большими сделались учёными.
Глухой не может быть тюрьма,
Там крик стоит как в преисподней…
Некроз желаний и ума?
Так это к тем, кто на свободе.
Покинувший дом — всюду иногородним
Останется, даже окончив свой бег.
И любит Творец не того, кто юродив,
А тех, кто в России нашёл оберег.
Где жопу оголяет голубой,
Там, театралам не в пример, рабочий,
Подняв стяг революций над собой,
Штаны однажды сдёрнет со всех прочих.
Где милым рай и в бедном шалаше
Там даже ссорится не скучно им.
А Запад с лицемерием в душе
Пусть пестует своё благополучие.
Пока не придёт иудейский мессия
В согласии с Ветхим заветом и Марксом,
Так думают те, кто покинул Россию,
Трясти её будет от смены формаций.
В каких мечтаниях бесстрастно вздорных
Ни пребывать библейскому Иуде,
Какой ни будь России беспризорной,
Она в своих пространствах не убудет.
От разных невзгод привитой,
Забыл, как стоял на краю,
И нынче за крайней чертой
Опять про Россию пою.
28.
Вопрос есть про то, что откуда пришло -
Спасаясь от пришлого зла,
Россия в итоге как меньшее зло
Европе татар предпочла.
29.
Лишив волков законных преференций,
Накликать можно бОльшую беду -
Ведь если их убрать из управленцев,
Тогда козлы всё стадо поведут.
В угаре от свободы безрассудной
Не всё ещё в России через жопу,
И то что в ней пока театр абсурда,
Сегодня нормой сделалось в Европе.
Российская среди людей
Блаженна мысль и хоть ленива,
Ей проще поспевать везде,
Чем европейской хлопотливой.
Стране, где день темнее полночи,
Оно придёт отмщенье злобное,
И надо быть изрядной сволочью,
Живущим пожелать подобное.
В России смерть последнего бандита
О бренной жизни, в сущности, наказ.
Могильная ж тоска космополита
Уныния природе не придаст.
Воспоминаньем опечален крайне -
Чем тоньше флер, сильней в душе прореха…
Когда еврей такой сентиментальный,
Какого хрена он тогда уехал?
У всех, кто Господа подобие
Сужденья разные вольготные,
Еврея приютившим не до смеха,
Ведь им шутить о бедах не пристало.
А тем местах, еврей откуда съехал,
И горя нет… а меньше бед не стало.
Как в избранных любовь не пробудить
К тому, кто ниже их по роду-званию,
Так и какое состраданье может быть
К тем, кто и так подвергся обрезанию?
Январь дошёл до середины,
Трещат крещенские морозы,
А ветвь живая Палестины
Уж тянет соки из берёзы.
Среди бездарных упырей
Талант свой прояви в натуре.
Сегодня тот в стране еврей,
Кто греется в её культуре.