У Кузьминых-Караваевых говорила (Ахматова. - В.Л.) об А. Н. Э.1, а я с Левой - отдельно. Лева рассказывал мне планы своих рассказов: "Телемах" (Атлантида и пр.), о "Путешествии в страну Цифр" и др. Лева говорит о журнале, который хочет издавать. Не может придумать названия. Хочет "Одиссея приключений" (АА: "не по-русски это"), просит меня придумать. Подвернулось "Звериная тропа". Ему понравилось. ...Лева настолько в мире фантазии, что предмет, увиденный наутро (тот, о котором он мечтал), уже неинтересен ему... Полное сходство Левы с Николаем Степановичем - в характере, во всем...
Лева в Бежецке стал читать "Гондлу". Сверчкова увидела. Отняла и заперла "Гондлу" в шкаф. По-видимому, считает, что Леве не следует читать, потому что там - о любви. АА советует мне дать Леве прочесть "Гондлу" - Леве полезны будут взгляды Николая Степановича на войну, на кровопролитие, которые он высказывает в "Гондле" (антивоенные взгляды).
24.03.1927
"Неужели он тоже будет писать стихи?! Какое несчастье!" И неожиданно быстро и будто серьезно добавляет: "У него плохая фантазия!.."
П. Е. Щеголев2 предложил АА собрать, комментировать и отредактировать воспоминания современников о Лермонтове. За эту работу АА могла бы получить 400 рублей. Работу надо было произвести в течение нескольких месяцев - к сроку. АА, прочитав основные материалы, убедилась, что в такой срок работу выполнить она не сможет (если, конечно, не будет халтурить), ибо недостаточно знакома с эпохой (40-е годы). Поэтому от работы отказалась.
Л. Н. Замятина была на днях у АА и, несмотря на полученные ею от АА разъяснения о причинах отказа от работы, намекнув на бедственное положение АА, сказала, что "ведь это же все-таки 400 рублей".
Если вспомнить, что она только что собрала какую-то денежную сумму и послала ее в Бежецк, то слова ее можно понять и еще хуже (пользуется для содержания Левы благотворительностью, а когда предлагают работу, отказывается). Увы, ей не понять, что АА ни в какой крайности не пойдет на халтуру, это, во-первых. А во-вторых, что благотворительность оказывается не только Леве, а и Анне Ивановне,1 которую формально АА и не должна содержать. Леве же, сколько может, АА посылает ежемесячно.
28.03.1928
...Вчера днем получил телефонограмму от АА: "Приехал Лева, Ахматова просит приехать"...
...А. И. Гумилева с Левой приехали, оказывается еще в субботу, в тот день, когда АА была у меня в Токсово. АА узнала об их приезде только в воскресенье и очень досадовала.
...Весь день провел с Левой.
...Он с безграничным доверием относится ко мне...
...Вечером хотел пойти с ним в театр, но всюду идет дрянь; пошли в кинематограф. Левка остался доволен.
Проводив его домой, зашел к АА. Часа полтора говорил с нею о Леве; она очень тревожится за его судьбу, болеет душой за него...
29.03.1928
Опять весь день с Левой. В Эрмитаже осматривали залы рыцарей и оружие, Египет, древности. Показывал камеи и геммы. ...Привел его к себе обедать.
По записям Лукницкого, по его рассказам, наброскам и чертежам можно представить себе квартиру, в которой жила Ахматова, когда он пришел к ней в первый раз в Мраморный дворец в 1924 году. Входная дверь вводила в первую комнату, разгороженную поперечной фанерной перегородкой, не доходившей до потолка, на две части. Справа от двери - крохотная кухня, наполовину занятая плитой. Слева - такого же размера чулан, в котором прямо на полу, между дровами, громоздились книги, бумаги. Дальнюю часть комнаты разделяла другая, уже продольная перегородка; она делила ее слева на спальню хозяина и справа - на столовую...Кроме железной кровати и бездействующего умывального шкафа, в спальне ничего не было. В столовой посередине стоял стол, над которым висела электрическая лампочка без абажура, два стула; у наружной стены с окном на площадь перед Троицким (ныне Кировским) мостом, с памятником Суворову, - ветхий, с торчащими пружинами диван; напротив - высокая этажерка и узкий остекленный шкафчик для чайной посуды.
Полы чулана, кухни и столовой всегда были завалены вперемежку с дровами и хламом сотнями изучаемых Шилейко ценнейших манускриптов, старинных книг по классической древности, раскрытых на нужной странице. Навалены они были так, что не всегда удавалось найти свободное место, чтобы поставить ногу. Только узенькая дорожка между фолиантами пролегала из столовой к двери в соседнюю комнату, комнату Ахматовой - длинную, полутемную, с единственным, обычно задернутым серо-палевыми тяжелыми шторами окном на Марсово поле. Здесь, слева от входа, стояла старинная двуспальная кровать, сильно укороченная, чтобы на ней вытянуться, нужно было лечь наискосок.
ИЗ ДНЕВНИКА ЛУКНИЦКОГО
23.03.1925
В квартире Судейкиной2 была ниша, кровать в нее не входила, Судейкина без размышлений обрезала ее, и кровать влезла. Но муж обиделся, купил другую кровать и...переехал в другую комнату. "И тут семейная жизнь тем и кончилась..." Я: "Ну, а теперь-то - уж сколько времени прошло, - спокойна Ольга Афанасьевна?" АА: "Какое! И сейчас трагедия!"
Эмигрируя, Судейкина оставила подруге кровать "в наследство".