Читаем Переговорщик (СИ) полностью

Маленький ПНШ, командовал на удивление, умело. После начала боя и гибели начальника штаба , началась сумятица. Несмотря , что в остатках колонны были офицеры и званием повыше и постарше «руль» в свои руки взял именно этот младший лейтенант. Непонятно каким образом, подавил в зародыше панику, заставил отвечать огнем на огонь довольно толково рассредоточил технику пределил позиции и порядок огня. Мотострелки начали «огрызаться» и постепенно перешли в атаку оттеснив боевиков в глубь квартала.

– Нам, бы вон тот домишко с тылу обойти и занять,– обьяснял он Булыге и Степному,– минут двадцать и мы их припрем к стеночке, там дальше Сунжа должна быть, полюбому они в воду не полезут, попытаются рассосаться по домам, если вон тот домик будет наш получиться как наковальня. Сделаете товарищ капитан ?

– Конечно, браток,– ответил Булыга,– Вова сейчас бери второго связиста и всех своих остальных кроме резерва, и пытаешься обойти, проулками чтобы добраться до того дома из красного кирпича, будь внимателен и постоянно на связи , вопросы есть ??

Вова покачал головой внимательно всмотрелся в конец улицы на вожделенный домик, взял у булыги бинокль еще пару минут посмотрел и кивнув головой перебежками и скачками унесся к своему взводу. Через две минуты, разбившись на тройки матросы ринулись в проулок. Бежали как на марш-броске, перескакивали через груды развалин, разоренные детские площадки, через дым и копоть. Совсем недалеко трещали автоматные очереди и бухал танк, недавая возможности боевикам куда либо свернуть. Из какого то дома раздавался истошный женский крик. К дому первая тройка подбежала ровно через пятнадцать минут. Упали осмотрелись стали подбегать остальные и рассредотачиваться. По команде командира взвода, тщательно осмотревшего в бинокль все входы выходы и окна, досмотровая подгруппа рывком бросилась к подъезду. С крыши дома через карниз перевесилась темная фигура, через секунду фигура молча грохнулась на козырек балкона с дыркой во лбу , перкатилась и грохнулась возле матросов. Снайпера во взводе Степного дело свое знали туго.Через минуту после того как мертвый боевик грохнулся, один из морских пехотинцев примерял на себя часы, другой засунул в карман бушлата пачку сигарет, третий уже примерял на себя неплохую разгрузку, забитую магазинами. Степной погрозил им пальцем и показал непонятную фигуру , наверняка означавшую, что то не совсем хорошее.

– На, счет, три,– сказал старший тройки и начал считать,– пятьсот двадцать один, пятьсот двадцать два, пятьсот двадцать три.. первый пошел…

Домишко зачистили в несколько минут., благо он был пуст и полуразрушен. На крыше обнаружили позицию наблюдателя с лежкой ранее убиенного «духа». Степной начал распределять огневые позиции.

Булыга в это время, передвигался в рядах атакующих мотострелков, помогая огнем из своего ПК и одновременоо ведя переговоры со штабом в аэропорту. Для непосвященного в темперамент и основы жизнедеятельности замполита роты морской пехоты, картина была бы наверняка удивительная и захватывающая. С одной руки Булыга стрелял из ПК, другой рукой держал тангенту «сто пятьдесят девятой», за ним бежал связист Паша, наклонивши голову одной рукой держа автомат и изредка постреливая, в другой руке связист держал сигарету и пытался затянуться.

– Все у нас, нормально,– орал в тангенту Булыга,– нет не добрались до места, повторяю все у нас на три пятёрки…,– тут же не выпуская тангенту из рук,– Кошкин «муху» второй этаж справа!!!

Кошкин семенивший сзади и нагруженный одноразовыми гранатомётами, быстренько взвел вскинул трубу гранатомёта на плечо. Секунды четыре целился, заметил неясные фигуры, вытрелил . В окошке грохнуло, замполит добавил короткую очередь из ПК и продолжал общаться с штабом:

– Да, все понял, как доберемся, обязательно доложу, нет все нормально без происшествий, до связи…

Капитан выпустил из рук тангенту связист счастливо вздохнул, половчее надел наушники и наконец то затянулся сигаретным дымом.

В штабе , полковник Житкевич, так и не понял ничего из сеанса связи проведенного с морпеховским замполитом. Немного подумал решил не докладовать вышестоящим, более именитые начальники были с утра не в духе. Какие– то негодяи сперли с хлебзавода булочки, завтрак не удался.

Пехота под командованием мамлея,методично обрабатывала дом за домом отсекая обстрелявших их боевиков и выдавливая на невзрачный домишко красного кирпича.

Через несколько минут бой закончился, уцелевшие Дудаевцы отошли, к тому самому домику, перегруппировались и…

Почти что залповый огонь из окон, несколько автоматно-пулеметных очередей и все было кончено.. Стало непонятно и пугающе тихо.

– Наковальня сработала!,– сказал Булыге Чекунков и знаками показал отход.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Женский хор
Женский хор

«Какое мне дело до женщин и их несчастий? Я создана для того, чтобы рассекать, извлекать, отрезать, зашивать. Чтобы лечить настоящие болезни, а не держать кого-то за руку» — с такой установкой прибывает в «женское» Отделение 77 интерн Джинн Этвуд. Она была лучшей студенткой на курсе и планировала занять должность хирурга в престижной больнице, но… Для начала ей придется пройти полугодовую стажировку в отделении Франца Кармы.Этот доктор руководствуется принципом «Врач — тот, кого пациент берет за руку», и высокомерие нового интерна его не слишком впечатляет. Они заключают договор: Джинн должна продержаться в «женском» отделении неделю. Неделю она будет следовать за ним как тень, чтобы научиться слушать и уважать своих пациентов. А на восьмой день примет решение — продолжать стажировку или переводиться в другую больницу.

Мартин Винклер

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Раковый корпус
Раковый корпус

В третьем томе 30-томного Собрания сочинений печатается повесть «Раковый корпус». Сосланный «навечно» в казахский аул после отбытия 8-летнего заключения, больной раком Солженицын получает разрешение пройти курс лечения в онкологическом диспансере Ташкента. Там, летом 1954 года, и задумана повесть. Замысел лежал без движения почти 10 лет. Начав писать в 1963 году, автор вплотную работал над повестью с осени 1965 до осени 1967 года. Попытки «Нового мира» Твардовского напечатать «Раковый корпус» были твердо пресечены властями, но текст распространился в Самиздате и в 1968 году был опубликован по-русски за границей. Переведен практически на все европейские языки и на ряд азиатских. На родине впервые напечатан в 1990.В основе повести – личный опыт и наблюдения автора. Больные «ракового корпуса» – люди со всех концов огромной страны, изо всех социальных слоев. Читатель становится свидетелем борения с болезнью, попыток осмысления жизни и смерти; с волнением следит за робкой сменой общественной обстановки после смерти Сталина, когда страна будто начала обретать сознание после страшной болезни. В героях повести, населяющих одну больничную палату, воплощены боль и надежды России.

Александр Исаевич Солженицын

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХX века