Читаем Первое российское плавание вокруг света полностью

Мы не лишились ни одного человека из своих служителей[188] через все сие долговременное путешествие, которое по таковому обстоятельству должно, конечно, быть весьма достопримечательно. Сохранение здоровья людей, конечно, составляло предмет, о коем заботился я неупустительно, с величайшим попечением. Радость удачного успеха в достижении сего предмета могла быть превышена только тем, что по долговременном и опасном путешествии мог привесть обратно корабль, порученный мне, и людей, которые вверялись моему начальству, благополучно. Я должен упомянуть при сем с чувствованием особенного удовольствия и искреннейшей признательности и еще об одном обстоятельстве, доказывающем сколь искусных, предусмотрительных и ревностных имел я под начальством моим офицеров. На «Надежде» во все время нашего плавания не потеряно не только мачты, ни стеньги, ни рея, ни якоря, ни каната. Весь урон состоял в одном верпе и двух кабельтовых у Нукагивы, двух гребных судах, раздробленных тайфуном на водах японских, сверх того в одном грот-брам-рее и некоего количества такелажа, повредившегося от долговременного употребления.



ПРИЛОЖЕНИЯ

Приложение 1. Письмо министра коммерции, графа Николая Петровича Румянцева к капитану Крузенштерну

Милостивый государь мой Иван Федорович.

Когда вы, милостивый государь мой, достигнете высоты островов Сандвичевых, где предположено двум нашим судам разделиться, чтобы одному итти в Нагасаки, а другому в Кадьяк: я хочу на сей черте соединить взор мой с вашим, и иметь удовольствие обозреть вместе с вами параллели северного тропика на карте, не совсем еще доконченной.

Вам известно, что на Тихом океане открыто европейцами множество безвестных островов и народов наипаче же за экватором, а россиянами с 1646 г. только в бореальной части сего океана. Отсюда вышло, что параллели от тропика до 48° северной широты, начиная с 148 до 210° долготы, еще остаются мало изведанными. Сия площадь только одним капитаном Клерке, в 1779 г. из Камчатки в Сандвичевы острова шедшим, была рассечена под 166° долготы (считая по меридиану Гринвичскому), между 38 и 37° широты. Кроме того, одни испанцы мимоходом из Акапулько в Манилу посещают сию поверхность. И так вы видите перед собою цельное поле для вашего искусства и просвещения.

Вам известно также, что испанцы древние около 1610 г. на данной поверхности нашли остров, который, по их словам, стоит на 37 1/2° широты, и около 400 миль испанских, то-есть на 28° долготы к востоку от Японии. Они описывали, что этот остров высок и огромен, населен жителями белыми, взрачными, кроткими, в градожительстве просвещенными и чрезвычайно богатыми золотом и серебром. Сие известие получено с испанским судном, из Манилы в Новую Испанию ходившим, для чего король испанский и посылал тогда из Акапулько корабль, чтобы завладеть островом; но сие предприятие, худо исполненное, осталось без успеха. С тех пор домогательство об открытии сего острова вышло из счету, и мореплаватели после некоторых легких попыток приняли предание испанское за басню – собственно говоря потому, что испанцы по недостаточному знанию астрономии обыкновенно обсчитывались в определении градусов широты и долготы. Как бы то ни было, но тем доказывается только то, что терпеливому духу предприимчивости осталось еще много делать в истории открытий на Тихом море. Я призываю вас к сему подвигу именем славы России и вашей собственной.

Должно тем начать, что бытие сего острова в последние времена выходит из теней сомнения. Два покушения, какие в 1639 и 1643 гг. голландцы делали на восток от Японии, доказывают то, сколько они были уверены в существовании земли, испанцами открытой. В подобном уверении, король французский Людвиг XVI, снаряжая известного мореплавателя Лаперуза, между прочим, поставлял в его виду сей географический феномен; да и сам Лаперуз, несомненные к тому признаки нашедший, называл это препоручение одним из самых важных.

Я не приму на себя доказывать несомненность найденной испанцами земли, которой бытие оправдывают и самые японцы, скрывая ее от всех других и зная под именем двух островов, одного серебряного (Жансима) и другого золотого (Кенсима). В подкрепление сего местного сведения примечательно то, что в бытность Лессепса в Охотске найдена им была рукописная карта, в которой на одной параллели с 18-м Курильским островом назначена подобная земля, золотом и серебром изобилующая. Судя по необразованности Охотского края, должно наверное полагать, что эта карта не есть выдумка, но истинный слепок, сохранившийся после какого-нибудь неизвестного мореходца. Впрочем, миновав все сии доводы, частью в сочинениях известного историографа Бюаша почерпнутые, которым, не говоря о других в сем деле знатоках, дает вес просвещенный морских французских сил экс-министр Флерие, я прошу только дозволить мне припомнить те следы, по которым голландцы и Лаперуз доискивались земли. Пойдем порядком хронологическим.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Алексеевна Кочемировская , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное