Читаем Поездка в Америку полностью

Автобус ехал быстро, вот и красивый город Изли уже позади, сердце Аниты оставалось в нем, в городе, где жил Эммануэль. Она уехала, но душу оставила на этих улицах, в местах, где познала счастье. Она еще не представляла, как вынесет разлуку, как будет жить со своей болью. Время от времени Анита вытирала слезы, пряча их от других пассажиров.

И зачем только она познакомилась с ним, зачем заговорила на ломаном английском, зачем улыбнулась ему!? Если бы она не повела себя так легкомысленно тогда, то сейчас ее сердце не разрывалось бы от боли и от любви. Она осталась бы прежней, как раньше, до приезда в Америку, на душе у нее был бы покой, и уже через три дня она с большой радостью пошла бы на свою прежнюю работу. А как ей жить теперь без него, зная, что они никогда больше не встретятся?!

Перед ее глазами вставали картины, она вспоминала его улыбку, его голос, первые минуты, когда только увидела его. С тех самых первых минут что — то странное, необъяснимое произошло с ее сердцем, ее тянуло к нему словно магнит.

Продолжая смотреть в окно, Анита постоянно вытирала слезы. Автобус отдалялся все дальше от Южной Каролины, от ее любимого.

— Вам так больно расставаться с родственниками? — услышала она русскую речь.

Анита вздрогнула и удивленно посмотрела на женщину, которая сидела рядом.

— Вы из России?.

— Да, я из России, была в гостях у знакомых.

Анита вытерла слезы, но опустила голову вниз.

— Вы навсегда уезжайте отсюда?

— Да, навсегда.

— Вас кто — нибудь ждет в России?

— Нет, я одна живу.

— Тогда почему вы уезжаете, если вам так больно?

— У меня виза заканчивается завтра.

— Ну и что, в Америке живет двенадцать миллионов людей без визы. Вы что, никогда не слышали о нелегальных эмигрантах?

— Нет, меня это не интересовало. Вы сказали двенадцать миллионов? Это огромное количество, в Москве живет двенадцать миллионов людей, и она кажется безграничной. А чем они занимаются, эти люди?

— Работают, они для того и остаются, чтобы работать. Вы что, не знали этого?

— Нет, я не знала, что здесь можно жить без визы. А кем они работают? — оживилась Анита.

— Женщины убирают дома, смотрят за детьми, за стариками.

— А как можно найти такую работу?

— Есть люди, которые предлагают нечто подобное, они называют себя агентами. Как правило, это выходцы из России или Польши, давно живущие в Америке, у них американское гражданство. Вы звоните им, говорите, что вам нужна работа, они вам ее находят. Деньги, которые вы заработаете первые две недели, отдаете им, потом работаете на себя, некоторые агенты берут за три недели, а некоторые даже за четыре.

— А как найти этих агентов?

— Я знаю телефоны многих, сама раньше так работала, теперь у меня работа лучше, уже получила официальные документы. Я дам вам номера телефонов. А куда вы едете вообще?

— В Нью — Йорк, у меня билет на самолет на завтра на Москву.

— Москва никуда не убежит, вы всегда можете поехать туда, но если хотите остаться в Америке, я вам помогу. Мне это ничего не стоит. Завтра утром выходите со мной в Нью — Джерси, это не доезжая до Нью — Йорка, у меня сестра там живет, я к ней еду. Недалеко от ее дома есть большое трехэтажное здание, там много людей из России, снимают комнаты по несколько человек, живут вместе и работают. Моя хорошая знакомая живет одна, она вас пустит. У нее есть лишняя кровать, заплатите ей, позвоните агентам. Найдете себе работу и будете жить.

— Все это кажется так просто, — вздохнула Анита.

— Из любого положения есть выход, только не надо сдаваться.

Анита улыбнулась, на ее лице мелькнула надежда.

«Значит, я могу остаться?! Я пойду на любую работу, лишь бы мне не потерять Эммануэля навсегда, увидеть его снова. Ну и что, что он не поднял трубку, когда я ему сказала, что уезжаю. Может, он сам уехал куда — нибудь по делам? Он же видел, как я его люблю, у него нет причины забыть меня, вдруг он все же вернется, ведь такое тоже возможно.

Я дам свой адрес Инне, может Эммануэль все же позвонит, попросит, чтобы я вернулась к нему. Это было бы таким счастьем!» — думала Анита, искренне надеясь, что все еще можно исправить.

— Даже не знаю, как вас благодарить, — сказала она, обращаясь к незнакомке.

— Не стоит благодарности, рада, что могу помочь. Как вас зовут?

— Анита.

— А меня Лида.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе
Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе

Роберт Рождественский заявил о себе громко, со всей искренностью обращаясь к своим сверстникам, «парням с поднятыми воротниками», таким же, как и он сам, в шестидесятые годы, когда поэзия вырвалась на площади и стадионы. Поэт «всегда выделялся несдвигаемой верностью однажды принятым ценностям», по словам Л. А. Аннинского. Для поэта Рождественского не существовало преград, он всегда осваивал целую Вселенную, со всей планетой был на «ты», оставаясь при этом мастером, которому помимо словесного точного удара было свойственно органичное стиховое дыхание. В сердцах людей память о Р. Рождественском навсегда будет связана с его пронзительными по чистоте и высоте чувства стихами о любви, но были и «Реквием», и лирика, и пронзительные последние стихи, и, конечно, песни – они звучали по радио, их пела вся страна, они становились лейтмотивом наших любимых картин. В книге наиболее полно представлены стихотворения, песни, поэмы любимого многими поэта.

Роберт Иванович Рождественский , Роберт Рождественский

Поэзия / Лирика / Песенная поэзия / Стихи и поэзия
Собрание сочинений
Собрание сочинений

Херасков (Михаил Матвеевич) — писатель. Происходил из валахской семьи, выселившейся в Россию при Петре I; родился 25 октября 1733 г. в городе Переяславле, Полтавской губернии. Учился в сухопутном шляхетском корпусе. Еще кадетом Х. начал под руководством Сумарокова, писать статьи, которые потом печатались в "Ежемесячных Сочинениях". Служил сначала в Ингерманландском полку, потом в коммерц-коллегии, а в 1755 г. был зачислен в штат Московского университета и заведовал типографией университета. С 1756 г. начал помещать свои труды в "Ежемесячных Сочинениях". В 1757 г. Х. напечатал поэму "Плоды наук", в 1758 г. — трагедию "Венецианская монахиня". С 1760 г. в течение 3 лет издавал вместе с И.Ф. Богдановичем журнал "Полезное Увеселение". В 1761 г. Х. издал поэму "Храм Славы" и поставил на московскую сцену героическую поэму "Безбожник". В 1762 г. написал оду на коронацию Екатерины II и был приглашен вместе с Сумароковым и Волковым для устройства уличного маскарада "Торжествующая Минерва". В 1763 г. назначен директором университета в Москве. В том же году он издавал в Москве журналы "Невинное Развлечение" и "Свободные Часы". В 1764 г. Х. напечатал две книги басней, в 1765 г. — трагедию "Мартезия и Фалестра", в 1767 г. — "Новые философические песни", в 1768 г. — повесть "Нума Помпилий". В 1770 г. Х. был назначен вице-президентом берг-коллегии и переехал в Петербург. С 1770 по 1775 гг. он написал трагедию "Селим и Селима", комедию "Ненавистник", поэму "Чесменский бой", драмы "Друг несчастных" и "Гонимые", трагедию "Борислав" и мелодраму "Милана". В 1778 г. Х. назначен был вторым куратором Московского университета. В этом звании он отдал Новикову университетскую типографию, чем дал ему возможность развить свою издательскую деятельность, и основал (в 1779 г.) московский благородный пансион. В 1779 г. Х. издал "Россиаду", над которой работал с 1771 г. Предполагают, что в том же году он вступил в масонскую ложу и начал новую большую поэму "Владимир возрожденный", напечатанную в 1785 г. В 1779 г. Х. выпустил в свет первое издание собрания своих сочинений. Позднейшие его произведения: пролог с хорами "Счастливая Россия" (1787), повесть "Кадм и Гармония" (1789), "Ода на присоединение к Российской империи от Польши областей" (1793), повесть "Палидор сын Кадма и Гармонии" (1794), поэма "Пилигримы" (1795), трагедия "Освобожденная Москва" (1796), поэма "Царь, или Спасенный Новгород", поэма "Бахариана" (1803), трагедия "Вожделенная Россия". В 1802 г. Х. в чине действительного тайного советника за преобразование университета вышел в отставку. Умер в Москве 27 сентября 1807 г. Х. был последним типичным представителем псевдоклассической школы. Поэтическое дарование его было невелико; его больше "почитали", чем читали. Современники наиболее ценили его поэмы "Россиада" и "Владимир". Характерная черта его произведений — серьезность содержания. Масонским влияниям у него уже предшествовал интерес к вопросам нравственности и просвещения; по вступлении в ложу интерес этот приобрел новую пищу. Х. был близок с Новиковым, Шварцем и дружеским обществом. В доме Х. собирались все, кто имел стремление к просвещению и литературе, в особенности литературная молодежь; в конце своей жизни он поддерживал только что выступавших Жуковского и Тургенева. Хорошую память оставил Х. и как создатель московского благородного пансиона. Последнее собрание сочинений Х. вышло в Москве в 1807–1812 гг. См. Венгеров "Русская поэзия", где перепечатана биография Х., составленная Хмыровым, и указана литература предмета; А.Н. Пыпин, IV том "Истории русской литературы". Н. К

Анатолий Алинин , братья Гримм , Джером Дэвид Сэлинджер , Е. Голдева , Макс Руфус

Публицистика / Поэзия / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная проза