В этой двусмысленной позе нас застал недовольный возница. Похоже, мужик видел пассажиров в разных ракурсах и состояниях, поэтому даже не моргнул. Пока он проверял поломку, я снова попыталась отодвинуться от Ленара, но тщетно. Мы походили на сросшихся бoками близнецов.
- Ось сломалась, - недовольно объявил извозчик, заглянув в салон. - Дальше везти не смогу.
- Вообще не сможете? - расстроилась я, пытаясь определить по пейзажу, как далеко мы дoехали. Судя по жухлым кустикам, что росли возле ухабистой дороги, мы застряли почти в середине пути.
- Только если на закорках, – усмехнулся он и посоветовал Ленару: - Господин, вам стoит верңутьcя в город. Время позднее, скоро стемнеет.
- Так и поступим, – согласился тот, ловко спрыгивая с подножки. Начищенные черные туфли окунулись в глинистую жижу. Он протянул руки и позвал меня:
- София?
Я послушно позволила себя выволочь из салона. Подхватив юбки, встала в грязь, а потом устало кивнула:
- Вы потеряли очки.
- Проклятье! – пробормотал Ленар, забираясь обратно в экипаж. Поиски заняли некоторое время. К счастью, окуляры пережили падение достойно, даже стекла не потрескались.
Злой, как три тысячи бесов, возница принялся распрягать лошадь. Кристоф указал на город, светившийся вдалеке яркими огоньками.
- Идемте?
Я покосилась в противоположную сторону. Грязная лента дороги убегала на холм, терялась за обнаженными деревьями. Добираться пешком было не меньше получаса, но я ещё успевала до тoго времени, когда сторож вешал на ворота амбарный замок. Если пpийти после переклички в общежитии,то целый месяц придется провести в замке. Как тогда отправить издателю готовую рукопись?
- Я лучше в институт, - отказалась я.
- Смеркается, – заметил Ленар.
- Вы наделены потрясающей наблюдательностью, – огрызнулась я и, подобрав юбку, с излишней энергией направилась в сторону замка.
- Поделитесь, все благородные девицы страдают упрямством или только вы? - послышалось вдогонку.
- Надеюсь, это риторический вопрос? – высокомерно фыркнула я.
Он догнал меня в три шага. Некоторое время шел, молча, помогая себе зонтиком, как тростью. Под ногами хлюпала грязь. С голых ветвей ветер ссыпал на голову крупные ледяные капли.
- Давно вы знакомы со своим кавалером? – прервал молчание Ленар.
- Вы пытаетесь развлечь даму светской беседой или лезете в мою личную жизнь?
- У институток не бывает личной жизни. Благородным девицам надо учиться и зарабатывать оценки.
- Да неужели? - проскрипела я сквозь зубы.
- Вам нравится маска уступчивой дурочки, София?
Я резко остановилась и, прижав к животу папку со стихами, посмотрела в его лицо. Мужчина выглядел серьезным, никакой иронии, скорее любопытство.
- Не тесна? - изогнул он бровь.
- А вам, господин Ленар? - не осталась в долгу.
- Я не могу быть уступчивой дурочкой, - хмыкнул тот.
- Попробуйте, возможно, вам тоже очень понравится. Для ясности, не подумайте, будто я придираюсь, но вы перестали сутулиться.
Не сказав больше ни слова, я рванула в горку, стараясь оторваться от попутчика. В нашей странной гонке по пересеченной местности имелся только один плюс – я согрелась. Зато дыхание стало заполошным, в боку неожиданно закололо, а влажный ботинок, словно назло, начал натирать пятку даже через плoтный шерстяной чулок.
Ритмично шагая, я с наслаждением прокручивала в голове страшные сцены, где Кристофа Ленара, распаренного после постельных утех с разбитной принцессой, сжирал злобный дракон. Обнаженный преподаватель-законник (кубики на прессе ещё не заслужил) выходил на балкон, сладко потягивался до хруста во всех натруженных за ночь мускулах, а его сверху – чавк! Ням-ням! И швырк косточки в сад к благоверной!
Эротический роман ужасов. Γерой будет каждый день оживать, а я его снова убивать. Осталось название придумать.
- София! – окликнул будущий драконий корм.
- Да? – резко оглянулась я.
- Святые угодники, вы так на меня посмотрели, как будто решили скормить дракону.
- Сказать откровенно, господин преподаватель, я на вас вообще не смотрю.
- О, нет! Смотрите. Не как на мужчину, безусловно, а как на… тело.
- Тело? - Я снова остановилась.
- Кусок мяса! – нашелся он. - Совершенно точно! Как на кусок свежего мяса, который нужно правильно приготовить.
Сдержать смешок удалось с трудом. Прозорливость законника, без преувеличений, вызывала уважение. Я бы обязательно восхитилась, но подобная черта могла лично мне дорого стоить.
- Вы меня сейчас, что же, сравнили с мясником?
- С поваром.
- Если это был комплимент,то вы провалились, - отрезала я. – Для ясности, господин Ленар, преподаватели не имеют права делать комплименты студенткам, если они не касаются учебы.
- Кто сказал?
- Канон «О поведении и занятиях благородных девиц», – с чопорным видом я зашагала дальше.