Я поднял глаза, внимательно рассматривая непонятного человека. На вид лет сорок — сорок пять. Одет достаточно просто — классические джинсы и светлая рубашка. Фигура спортивная, без излишеств, видно, что занимается явно не бегом. По — военному короткая стрижка, полностью седые волосы, сильно выраженные скулы и карие глаза, которые пристально меня изучают.
— Я Система, — вслух произнес я.
Мужик, что требовательно и несколько напряженно ждал моего ответа, удовлетворенно кивнул, расслабился, позволил себе сесть на стул.
— Что ж ты парень совсем разболтался то? Не держишь себя на контроле. А?
— Простите, почувствовал силу, увлекся. — Я слово в слово повторил все, что мне написал «Наездник».
— Я тебя понимаю, сам, когда только поставили Систему, похулиганил. Но грабить банк это конечно ты дал маху. Знаешь ведь что наказание неминуемо.
Мне пришлось изобразить раскаянье и кивнуть головой. Вот значит как меня вычислили, все же отпечатки пальцев…Балбес!
— Тебе дали такой шанс! — продолжал мужчина. — Ты первый! Ты всегда будешь впереди. Остальные так и останутся десятками и двадцатками в отличие от нас, а ты так косячишь!
— Виноват, — выдавил я. — Больше не повторится.
— Конечно, не повторится, сейчас я позвоню Кортневу и, надеюсь, он примет меры. Тебе же во благо! Еще один такой косяк… и сам знаешь, Система не терпит подобного. Так что рекомендую сделать выводы.
Я снова кивнул.
А дальше.
Я мог поклясться, что до этого у него в руках ничего не было. Он сидел напротив меня, сложив руки на стол. В рубашке карманов нет, но вот он делает еле уловимое движение рукой и в его ладони оказывается смартфон. Здоровая такая лопата, которую точно не спрячешь где то в рукаве. Мужчина, неведомый мне системник, достал его прямо из воздуха.
Отследив мой недоуменный, можно сказать офигивающий взгляд, он спросил:
— А ты, какой ступени, мальчик?
— Седьмой.
— Ого! Да ты талант! Такие способности на такой низкой ступени. А представь, что будет когда тебя полностью подключат к Системе? Далеко пойдешь! Неужели никогда не видел
Он явно выделил это, казалось бы, обычное слово, словно оно опять должно было все объяснить.
Сказал.
Впрочем, мужчина уже набирал номер, и мой ответ пропустил мимо ушей.
— Что же ты, Виктор Семеныч, — вместо приветствия, произнес он, — таких ценных кадров на вольный выгул пускаешь? А ну как пристрелят его раньше подключения?
Я слушал половину беседы, и понимал, что меня сейчас с кем то спутали. Очень конкретно спутали. Может, стоит признаться, этому, внушающему уважение, мужчине?
А что сейчас происходит, и чего не знаю я?
Тем временем системщик закончил разговор по телефону.
— Пошли, — сказал он. — Сейчас люди Кортнева заберут тебя, он сказал, что вышлет машину. И готовься к наказанию.
Его пары слов хватило пришедшему по звонку следователю, что допрашивал меня, без промедления выдать все конфискованные вещи и папку с моим делом. Следак словно перестал меня видеть. Он без эмоций выложил на стол бумаги, мой кошелек и телефон и, дождавшись одобрительного кивка от визитера, вышел.
Что же это за мужик, что его слово перевешивает все мной сделанное все законы, уставы и прочее? Ведь сейчас следователь попросту подписывает себе не просто увольнение — возможно на него заведут уголовное дело за то, что он помог сбежать опасному преступнику. То бишь мне.
Мы стояли на улице, рядом с полицейским участком, уже минут десять, когда у моего неведомого «освободителя» зазвонил телефон. Я невольно хмыкнул, когда узнал мелодию, стоящую у него не рингтоне. Этой весной, наша группа взорвала все хит-парады со своей дурацкой, смешливой песенкой, а танцующий толстячок, на пару месяцев стал мировой звездой.
Впрочем, разговор был совсем не под стать песенке. Мужчина кивал невидимому собеседнику и хмурился.
— Вот что, — сказал он мне, нажав кнопку отбоя, — некогда мне с тобой тут стоять. Я сейчас уеду, а тебе, надеюсь, хватит ума, дождаться и принять справедливое наказание. Помни, что у тебя на кону и терпи. Система справедлива!