— Даже не знаю. Сейчас гляну.
Я начала шариться по карманам в поисках наличности. Одновременно пытаясь вспомнить, куда я их мог положить. Но ничего не получалось. Никаких воспоминаний о том, как я жил и как зарабатывал деньги с того момента, как сбежал от коллекторов в другой город. Странно все это.
В карманах денег не было. Но где то же они должны быть! Как то же я снял эту квартиру, купил одежду, телефон.
Начал обыскивать сумки с моими пожитками. Вытряхивал вещи и одежду из них прямо на диван, ворошил тряпье, обшаривал внутренние карманы.
И в стильном, кожаном рюкзаке, в нижнем, потайном клапане, нашел перевязанный цветной резинкой рулончик пятитысячных купюр.
Ух!
Сдернул резинку, быстро пересчитал, чувствуя, как потеют пальцы и лоб. Около ста пятидесяти тысяч. Офигеть.
Мое приподнятое, радостное состояние, длившееся с самого утра, вдруг стало тускнеть. Потухли краски, солнце скрылось за тучи. По крайней мере мне так показалось.
— Да нет же, нет! Ничем таким про-ти-во-за-кон-ным, — по слогам произнёс я это сложное слово, — я не занимался! Наверное. Я..я не помню.
— Да не помню я! — чуть не закричал я. — Я вообще мало помню, что делал все это время! Наверно это вчерашняя пьянка мне мозги отбила! Честно!!
— Да стой! Да я честно не помню!
Я кричал стоя посредине пустой комнаты. Кричал в никуда. Глаза в панике метались по стенам. Сердце билось, отдавая в ушах. Небо, казалось, заволокло грозовыми тучами.
Дикая боль пронзила голени.
Когда то, в юности, лет пять назад, мы с пацанами ранней весной полезли купаться в нашей местной речке. Ну а что, выпили слегка пива и потянуло нас на подвиги.
Тогда я зашел в эту обжигающе ледяную воду только по колени, когда у меня свело мышцы на ногах. Невероятная боль, когда нижние конечности, выворачивает, мышцы голени сокращаются, не давая пошевелиться, заставили меня с головой уйти под воду. Благо парни заметили и быстро вытащили мое скрюченное тело на берег. А я мычал от боли — показывая на ступни.
Тогда мне их растерли водкой, согрели, и боль потихоньку отступила.
А сейчас некому было меня растирать и согревать. Судороги, словно удары тока, пронизывали мои голени, разрывая сознание адской болью.
А во внутреннем взоре медленно проплывала надпись:
4
Я проснулся, точнее, очнулся, на полу. Второе утро подряд, кстати. Как бы это не переросло в привычку.
Как я здесь оказался?