- Эт понятное дело, - развязно ухмыльнулся Джоджи. - Но кого там твоя цель имеет - не моя половая проблема, уж извини. Это у вас, ребят с золотой ложкой во рту, есть такая привычка: придумывать всякую заумную хрень и швырять на её алтарь жизни, бабло и прочие прелести. Деньги - пыль, да? Оно понятное дело. Легко так думать, когда ты всю жизнь прожил, пережёвывая монеты задницей. А вот я тебе скажу такую штуку, господин прекрасный принц. Открою, так сказать, великий секрет. Когда у тебя дыра в животе, потому что тебе нечего жрать; когда у твоей семьи отбирают последнее в уплату огромных налогов; когда тебя хватают за шкирку и тащат разменным мясом на никому не нужную дурацкую войну, развязанную ради грёбаных небесных целей очередным корольком... вот тогда доходит, что деньги ни разу не пыль. Пыль - это все вот эти бредни о великих целях, которыми уроды вроде тебя прикрывают свои капризы!
В наступившей тишине принц неожиданно рассмеялся.
- Так ты себе представляешь, да? - поинтересовался он. - Ну разумеется, что же это я? Ты же типичный представитель падали. Знаешь, что такое падаль, господин пророк?
Тень, как их остановить?! Аргумент вытащить, что ли?!
- Просвети, - прошипел Джоджи сквозь зубы.
- Падаль - это безвольная, вечно ноющая масса, которую я каждый день видел в окно дворца, - сказал Зайран сухо. - Те, ради кого мой отец приходил спать за полночь и вставал с рассветом; те, о чём благоденствии он пёкся денно и нощно; те, ради кого мы с братьями обучались множеству наук, переживали покушения и распутывали интриги. Те, кому
- Ну понятное дело, - Джоджи со стуком поставил на стол кружку. - Мы же для вас быдло, да? Вон те маленькие тупенькие ребятки-муравьишки внизу. Быдло, которое ничего не хочет, ничего не знает, пьёт и обманывает, пока вы, такие прекрасные, пытаетесь нам помочь… Знаешь, принц, а не пошёл бы ты со всем этим враньём? Давай, расскажи мне, что всё честно! Скажи, что у всех с самого начала одинаковые условия! Ты же у нас тут такой сказочник - вот и убеди меня, что любая крыса из канавы, которая этих ваших умных книг не видела в жизни, не хочет читать, потому что от природы тупая. Нет, не из-за того, что просто не приучена к этому - просто из врождённой тупости, ага... Зато ты, которому с самого детства учителя всё жевали и в рот вкладывали - ты, конечно, знаешь цену учёбе. И жизни. И вообще всему.
Зайран раздражённо тряхнул головой, будто отгоняя надоедливую мошку.
- Совершенное равенство невозможно. Когда же уже до людей вроде тебя это дойдёт?
- Ага. Вы всегда так говорите! А ещё утверждаете, что делаете для нас всё. Но чухня это всё, братец! Вы якобы хотите сделать нас умными, ага. Но - вот ведь смех! - не
- Только в тех случаях и вопросах, где иначе - никак, - сказал принц сухо. - Страшно и представлять, как нам пришлось бы объяснять личностям вроде тебя сложности настоящей геополитики или принципы экономики. Вы не понимаете той работы, которую мы делаем, тех крайностей, между которыми мы лавируем. Вы просто сидите в своих домах и поносите нас беспрестанно, добавляя: “Я бы им показал.” Но правда в том, что у вас бы не хватило ни смелости, ни мозгов, чтобы “показать”.
- Ну да, зато вы у нас жуть какие смелые, - скривился Джоджи. - Сидите в своих дворцах и прячетесь за чужими спинами! Жируете, пока мы пашем?
- Правда? - насмешливо спросил Зайран. - Конечно, жируем и горя не знаем. Мой отец обезглавлен, моих сестёр обесчестили у меня на глазах и выдали замуж за врагов семьи, моих братьев порвала на части обезумевшая толпа. Как тебе такое? Всякий, кто наделён властью, ходит по тонкому парапету, господин пророк. И рискует каждый день, уж поверь.