Читаем Последняя из рода Блэк (СИ) полностью

Я представила, как обрадуются слизеринцы минус пятидесяти баллам и внесла свое предложение:

- Может, отработка?

- Отработка вас тоже ждет! – заявила МакГонагалл. – Хагрид только утром просил у меня помощника.

Здорово, я буду собирать урожай тыкв. Одну, кстати, можно стрельнуть на Хэллоуин.

- А я думаю, такой прекрасный ловец не заслуживает никакого наказания, – сказал Дамблдор, и МакГонагалл чуть заново не заработала инфаркт. – Я думаю, она заслуживает место в команде Слизерина по квиддичу, Северус.

- Что?! – одновременно со Снейпом воскликнули мы.

- Это природный дар, и будет преступлением ждать целый год, чтобы принять ее в команду, – сказал Дамблдор.

- Вы разве не понимаете, что поощряете преступное поведение этой девчонки?! Она опасна для других детей!

- Лидерские качества Греты требуют воплощения, и я считаю…

Я отключила внимание от разговора. Дамблдор не оставлял попыток подружиться. И это поощрение вместо справедливого, как заметил Снейп, наказания было не более чем попыткой подкупа.

- Ты можешь согласиться и продолжить его ненавидеть, – сказал Том Риддл.

«Это не по-нашему, Том. Воины Света так не поступают», – вспомнила я любимую присказку Сэма.

- Стопэ! – я громко прервала их спор. – Снимайте баллы и отправляйте к Хагриду. Не пойду я ни в какую команду!

Все трое удивленно уставились на меня.

Я покачала головой и вышла из класса. Рехнуться можно.

- Ну, что?! – в коридоре меня окружили гриффиндорцы и слизеринцы – подтянулись и те, кто не летал.

- Назначили отработку и сняли пятьдесят баллов. Простите, ребята, – сказала я слизеринцам.

Когда я поняла, каким болезненным вопросом были эти баллы для моих друзей, я пересмотрела своей к ним отношение.

- Чего уж, – сказал Блейз. – Летали-то все.

Отработку назначили на поздний вечер вторника. Я как раз закончила общение с Филчем, натянула теплую маггловскую куртку и поперлась к хижине. С таким напряженным графиком пора ежедневник заводить.

Я освещала дорогу фонариком, рядом бежал Арк. Хагрид ждал у хижины.

Что-то в его взгляде говорило о том, что мы не будем собирать тыквы.

- Да, не думал я, что они первогодку отправят, – Хагрид закинул на плечо ружье. Его пес сначала ломанулся к нам, но Арк рыкнул, и он отступил в ноги полувеликана. – Ну, пошли, что ли.

- В Запретный Лес? – восхитилась я. Близнецы уже не раз звали меня на прогулку, но я все никак не могла собраться из-за отработок, тренировок и домашних заданий.

- Кто-то повадился убивать единорогов, – сказал Хагрид. – Вчера я нашел раненого, не сумел спасти. Ничего святого нет, – мрачно сказал он. – Это опасно, держись возле меня.

Мы вошли в лес, и пока Хагрид пытался завязать разговор о Лили и Джеймсе и Дамблдоре, я размышляла, кому выгодна смерть единорогов. Мы шатались около часа, и Хагрид уже завернул назад, когда мне померещился странный, выбивающийся из общего фона, звук.

- Тихо, – сказала я, и Хагрид остановился, снимая ружье.

- Чегой-то? Увидела чего?

- Туда, – определил Арк источник звука, и мы ломанулись сквозь кусты.

Человек в плаще, скрывающем лицо, склонился над лежащим на земле единорогом. Он с хлюпаньем… пил его кровь?! Светящиеся под луной капли были разбрызганы вокруг.

- Ступефай! – я взмахнула палочкой, но заклинание закосячилось. Ах, эти палочки! Я достала проверенное оружие и метнула складной нож. Он впился ему в лопатку, но неизвестный злодей будто не заметил, продолжая шустро удирать. Хагрид выстрелил и промазал.

- Он еще жив, – определил Арк, и я упала на колени возле единорога. Я уставилась на рану на шее, из которой толчками выплескивалась кровь.

- Попробуй Вулнера санентур, – вдруг сказал Том Риддл. – Кажется, перебита артерия.

- Вулнера санентур! – я взмахнула палочкой, но ничего не произошло. Я попробовала еще раз, и из нее вырвалось голубое свечение, не залечив ран.

- Ты просто не чувствуешь, что надо лечить! – заявил Том Риддл. – Прижми пальцы к ране и попробуй еще раз.

Я погрузила руку в глубокую рану, нашаривая источник бьющей фонтанчиком крови. Мне показалось, что я даже чувствую края надреза.

- Вулнера санентур! Вулнера санентур!

С третьего раза края сошлись под моими пальцами. Я еще помахала палочкой, и немного затянулись и другие сосуды.

- Хватит, ты теряешь сознание! – остановил меня Арк.

Я правда почувствовала головокружение. Пошатываясь, я встала и отошла, пустив Хагрида. Он перевязал раны единорога и повернулся ко мне.

- Эй, ну ты как?

- Да ниче… – пробормотала я и осела на землю.

====== Глава 14. Грета Поттер и Узник Азкабана ======

- … магическое истощение, – сквозь вату услышала я голос лекарши, мадам Помфри. Моя рука метнулась к кулону на груди. Уф. На месте.

- Очнулась? – спросил Арк. – Дамблдор пришел только что. Не засыпай, он точно воспользуется этим и влезет в твою голову.

- Какое заклинание она использовала? – уточнила мадам Помфри. – Вулнера санентур? Вы ничего не путаете, Хагрид? Его проходят только в Академии Лекарей!

- Неудивительно, что девочке стало плохо, – мягко сказал Дамблдор. – Это слишком сильное волшебство.

- Да прям, – фыркнул Том Риддл. – Я выучил это заклинание на третьем курсе!

Перейти на страницу:

Похожие книги

После банкета
После банкета

Немолодая, роскошная, независимая и непосредственная Кадзу, хозяйка ресторана, куда ходят политики-консерваторы, влюбляется в стареющего бывшего дипломата Ногути, утонченного сторонника реформ, и становится его женой. Что может пойти не так? Если бывший дипломат возвращается в политику, вняв призывам не самой популярной партии, – примерно все. Неразборчивость в средствах против моральной чистоты, верность мужу против верности принципам – когда политическое оборачивается личным, семья превращается в поле битвы, жертвой рискует стать любовь, а угроза потери независимости может оказаться страшнее грядущего одиночества.Юкио Мисима (1925–1970) – звезда литературы XX века, самый читаемый в мире японский автор, обладатель блистательного таланта, прославившийся как своими работами широчайшего диапазона и разнообразия жанров (романы, пьесы, рассказы, эссе), так и ошеломительной биографией (одержимость бодибилдингом, крайне правые политические взгляды, харакири после неудачной попытки монархического переворота). В «После банкета» (1960) Мисима хотел показать, как развивается, преображается, искажается и подрывается любовь под действием политики, и в японских политических и светских кругах публикация вызвала большой скандал. Бывший министр иностранных дел Хатиро Арита, узнавший в Ногути себя, подал на Мисиму в суд за нарушение права на частную жизнь, и этот процесс – первое в Японии дело о писательской свободе слова – Мисима проиграл, что, по мнению некоторых критиков, убило на корню злободневную японскую сатиру как жанр.Впервые на русском!

Юкио Мисима

Проза / Прочее / Зарубежная классика
Ставок больше нет
Ставок больше нет

Роман-пьеса «Ставок больше нет» был написан Сартром еще в 1943 году, но опубликован только по окончании войны, в 1947 году.В длинной очереди в кабинет, где решаются в загробном мире посмертные судьбы, сталкиваются двое: прекрасная женщина, отравленная мужем ради наследства, и молодой революционер, застреленный предателем. Сталкиваются, начинают говорить, чтобы избавиться от скуки ожидания, и… успевают полюбить друг друга настолько сильно, что неожиданно получают второй шанс на возвращение в мир живых, ведь в бумаги «небесной бюрократии» вкралась ошибка – эти двое, предназначенные друг для друга, так и не встретились при жизни.Но есть условие – за одни лишь сутки влюбленные должны найти друг друга на земле, иначе они вернутся в загробный мир уже навеки…

Жан-Поль Сартр

Классическая проза ХX века / Прочее / Зарубежная классика