Он сел в машину и поехал в Вудсток. Теперь, когда поле битвы опустело, блондинка отбросила комплексы как ненужные латы. Она откинулась на сидение, демонстрируя неприкрытую сексуальность. Верхняя пуговица тонкой белой блузки расстегнулась, сама блузка казалась тонкой шёлковой оболочкой бутона, готового лопнуть. Грудки набухли как две созревшие ягодки под тонким полотном.
— Чем занимаетесь?
— Паш
— Учите?
— Да.
Глаза их встретились. Ситуация накалялась, пока они приближались к Вудстоку.
— Куда вас подбросить?
— О, куда хотите.
— Дружок ждёт?
— Полчасика или больше. У меня времени завались.
— Где встречаетесь?
—
— Не хотите ли сначала выпить со мной чашку кофе? — им овладело нервное возбуждение.
— А почему бы и нет?
Во дворе было свободное место, он въехал задом и поставил машину у стены слева.
— Кажется, это бредовая идея пить кофе прямо здесь, — сказала она.
— Возможно, вовсе и нет.
Она снова откинулась на сидение, юбка задралась вверх, открывая бёдра. Длинные манящие, слегка раздвинутые ноги вытянулись.
— Женаты? — спросила она.
Он кивнул. Левой рукой она беззаботно играла рычагом коробки передач, пальчики гладили набалдашник. Постепенно окна запотели от их дыхания. Он потянулся в бардачок. Рука его скользнула ненароком по её телу, и он почувствовал, как она подалась вперёд и приникла. Он нащупал тряпку и протёр стекло с её стороны и ощутил, как её правая рука напряглась, упершись в его ногу, но она не стала её отодвигать. Он положил другую руку на спинку её сидения — она повернулась к нему всем телом. Её набухшие губы наполовину раскрылись, и она дразняще провела по ним языком. Больше он не мог себя контролировать. Целовал её жадно и страстно. Её язык змейкой щекотал его рот, тело прижалось всей грудью. Гладил её ноги правой рукой… его охватила животная страсть, когда она, слегка покачиваясь, желанно развела их в стороны. Потом прервала безумный поток поцелуев, лизнула мочку его уха и прошептала:
— Расстегни пуговицы блузки. Я без лифчика.
— Давай пересядем назад, — сказал он хриплым голосом. Эрекция у него была
Всё закончилось слишком быстро, из-за чего ему стало неловко. Захотелось от неё отделаться. Теперь она была уже другая — преображение произошло всего за минуту.
— Мне пора.
— Так скоро? — она не спешила застёгивала блузку, но чары закончили своё действие.
— Да. Боюсь, что это так.
— Получил удовольствие, да?
— Конечно. Сама знаешь.
— Хотел бы ещё раз?
— Сама знаешь, что да.
Ему не терпелось побыстрее уехать. Неужели ему только показалось, что кто-то пасётся рядом и подглядывает? Типа «любопытный Том», да?
— Ты не сказал имени своего.
— Ты тоже не сказала.
— Сильвия. Сильвия Кей.
— Послушай, Сильвия, — он постарался говорить с симпатией. — Не думаешь, что лучше для нас запомнить это, как что-то прекрасное, что случилось в нашей жизни всего лишь раз? Случилось один единственный раз и только сегодня?
Она смотрела на него с брезгливым чувством, скривив рот.
— Не хочешь со мной больше встречаться, да? Ты такой же, как и все. Заняться сексом, кончить — и поминай как звали, — теперь и голос у неё изменился, говорила она как обычная дешёвая уличная шлюха. Но она была права по факту, что тут отрицать. Он получил то, что хотел. А она разве нет? Проститутка? Он вспомнил службу в армии и парней, подхвативших сифилис. Пора по быстрому сматываться отсюда, из этого убогого тёмного двора и из вызывающей клаустрофобию машины. Он пошарил в кармане и нашёл купюру в один фунт. Больше, кроме мелочи, денег с собой у него не было.
— Фунт! Грёбаный фунт! Думаешь, я дешёвая проститутка? В следующий раз запасись деньжонками или держи свои поганые руки подальше.
Он ощутил стыд и свою порочность. Вышёл из машины следом за ней.
— Разузнаю, кто ты есть,
Что случилось дальше, он не помнил. Помнил, как ответил что-то, что и она ещё что-то сказала. Помнил, как свет фар его тачки обволок двор, помнил про пробку, в которой застрял по дороге на главную трассу. Помнил, как остановился и взял двойной виски. Помнил, как ехал быстро по широкой полосе автострады. Помнил, как следовал за машиной, обгонял её, летел в ночи с
Конечно, глупо было писать то письмо. Но, по крайней мере, теперь Питер вне подозрений. Всегда опасно что-либо оставлять на бумаге. Но до некоторых пор это срабатывало. Никого не интересовали письма, которые получали девушки в той конторе. Всё бы прекрасно сошло, если бы не пронырливый Морс со своими хитрыми мозгами. Только и он не сумел разгадать и разложить по полочкам весь кроссворд. Конечно, он не мог поведать Морсу истинную правду. Но и заводить в тупик он его не собирался. Ну, приврал ему про рост немного… хотелось бы увидеться с Морсом. Возможно, при знакомстве в других обстоятельствах, они могли бы стать хорошими приятелями…