Читаем Потерянный Маяк (СИ) полностью

Ему не надо было повторять дважды: путник тут же взялся за спасительную палку скользкими ладонями. В порыве отчаянья и надежды их удалось освободить.

Ведьма схватилась лапкой за осину, обвила ствол хвостом и потянула ветвь на себя. Первый раз, второй, третий... На четвертый раз Волчек с громким "Хлоп!" выскочил из своих сапог и из трясины. Рийсце потянулся по палке. Он полз всё выше и выше, и выше - вот, он уже у самого берега и осталось только освободить лапки...

С клокочущим рёвом Болотная Тварь прыгнула и схватила Волчека за ноги.

- Аааааааа! - закричал Волчек.

- Аааааааа! - закричало семейство лягушек.

- Арарогшггхххх! - завыла Тварь.

И только Вереск не издала ни звука. Она предпринимала решительные меры, и у неё не было времени сотрясать воздух.

Такой наглости на этом болоте ещё не видели! Вереск выпустила из лап палку, отцепилась от дерева, оттолкнулась от земли и прыгнула прямо Твари на голову!

Хищник завизжал и начал отбиваться. Он раскачивал головой, бился о воду, извивался, но Ведьма держалась крепко.

- Беги! Убирайся! - закричала Хранителю Маяка Вереск.

И тут до Волчека дошло, что он больше не в плену. Он в два прыжка оказался на суше, скинул с себя отяжелевший плащ. За его спиной кипела битва.


Вереск теперь держалась на голове твари на одном лишь энтузиазме, да еще и умудрялась бить хищника хвостом по глазам. Трясина фонтаном брызгала на наблюдателей, а Болотная Тварь мечтала лишь о том, чтобы скрыться прочь, и чтобы её болото снова стало спокойным. Она выпрямилась в полный рост и приготовилась нырнуть так глубоко, чтобы утопить эту надоедливую девчонку.

Волчек разгадал план Твари сразу.

- Прыгай! - закричал он своей спасительнице. - Прыгай, а то увязнешь!

- Хах! - только и ответила ему Вереск и прыгнула.

Тварь нырнула под воду, только хвост мелькнул. Раздался тихий всплеск.

Вереск упала рядом с Хранителем Маяка, ободрав себе колени и ладони.

Семейство Лягушек облегченно выдохнуло.

Мадиклен, наблюдавшая за всем действом, фыркнула.

- Бежимбежимбежимбежим! - скороговоркой выпалил Волчек, помогая спасительнице встать.

- Чего бежать-то, она ушла... - пропыхтела Ведьма.


Ага, не тут-то было! Какое бы это было приключение, если бы враги так легко сдавались. Никто не знал, о чём думала Болотная Тварь в глубине своей трясины, но наверняка что-то вроде :

"Они пришли сюда, отобрали мою еду, побили меня палкой и стояли у меня на голове! Неслыханная наглость! Они за это поплатятся!"

И, развернувшись, она начала набирать скорость, щурясь от яркого солнца. Её глаза-светляки не выдержали такого напора и слетели, уплывая прочь, так что Тварь теперь не видела, она только чуяла. Она прорезала своей мордой мутную воду, выпрыгнула на поверхность и завыла.

Невесть откуда у неё появились лапы по бокам. А рот с удивительно белыми и ровными зубами оказался огромным.

Склизким пузом она врезалась в камыш, вынюхивая своих жертв.

А жертвы неблагоразумно заорали. Тварь повернулась к ним безглазым лицом.

- Бежимбежимбежимбежм! - теперь уже в унисон закричали Вереск и Волчек.

Они бросились в Лесную чащу, огибая деревья, пробираясь через кустарники, лавируя между зарослями. Вереск бежала впереди, привычная к местности, а Волчек отставал: бедняга был без сапог и умудрялся наступать на каждую колючку или камень.

Теперь они бежали так, что и Малыш Нил и Мадиклен поразились бы, если бы видели. Болотная Тварь мчалась за ними след в след, щелкая зубами, стараясь ухватить хвост Волчека.

Они бежали, не разбирая дороги, ужасно шумя ломающимися веток и испуганно дыша.

- Ай! - закричал Волчек, когда Тварь ухватила его за самый кончик хвоста, выдернув прядь из кисточки.

- Сюда! - позвала Вереск.

Прежде, чем Волчек смог понять куда, Ведьма затормозила и прыгнула на Хранителя Маяка, оттолкнув его вправо. Болотная Тварь, не успев среагировать, пролетела мимо, а Рийсце покатились по траве. Снова поднявшись, Вереск взяла Волчека за лапку.

Теперь они бежали обратно к поляне, где Вереск собирала травы. Тварь, обидевшись на такую резкую перемену направления, побежала за ними, но застряла между деревьями.

Это дало путешественникам форы. Они выбежали на поляну, на их счастье залитую солнцем.

Беглецы устали, запыхались и утомились. Солнечная опушка казалась спасением, но тварь-то всё еще была позади!

- Спрячемся в корнях! - озарило Вереск.

В центре поляны стоял огромный дуб. Такой старый, что, наверное, помнил времена великанов. Его крона иногда царапала облака, и одному Неведомому было известно, что за создания жили у него в ветвях.

Наверх было не забраться, так что Вереск и Волчек шмыгнули в самые корни, пробравшись под ствол. Там было темно, сыро и прохладно. Зверята легли на животы, обняв друг друга (в тесноте да не в обиде, особенно, когда скрываешься от чудовища), и стали ждать.

- Думаешь, она нас тут не найдёт? - прошептал Волчек очень-очень тихо.

- Я думаю, она уже нашла, - еле дыша, ответила ему Вереск.

И правда: в просвете между кореньями показались склизкие чёрно-зеленые лапы. Одна из шести потянулась к Рийсце, и они отползли было назад, но уперлись в стену.

Перейти на страницу:

Похожие книги

12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Оскар Уайльд , Педро Кальдерон , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги
Изба и хоромы
Изба и хоромы

Книга доктора исторических наук, профессора Л.В.Беловинского «Жизнь русского обывателя. Изба и хоромы» охватывает практически все стороны повседневной жизни людей дореволюционной России: социальное и материальное положение, род занятий и развлечения, жилище, орудия труда и пищу, внешний облик и формы обращения, образование и систему наказаний, психологию, нравы, нормы поведения и т. д. Хронологически книга охватывает конец XVIII – начало XX в. На основе большого числа документов, преимущественно мемуарной литературы, описывается жизнь русской деревни – и не только крестьянства, но и других постоянных и временных обитателей: помещиков, включая мелкопоместных, сельского духовенства, полиции, немногочисленной интеллигенции. Задача автора – развенчать стереотипы о прошлом, «нас возвышающий обман».Книга адресована специалистам, занимающимся историей культуры и повседневности, кино– и театральным и художникам, студентам-культурологам, а также будет интересна широкому кругу читателей.

Л.В. Беловинский , Леонид Васильевич Беловинский

Культурология / Прочая старинная литература / Древние книги