Беременность у Лизы была тяжёлая, с осложнениями и сильной интоксикацией. Несколько раз её клали на сохранение в местный стационар, условия лечения в котором вызывали массу вопросов: не отапливаемые палаты, переломанные кровати, нехватка персонала и медикаментов.
Можно было не обращать на эти мелочи внимания: других условий в глубинке попросту нет, однако люди живут и не ропщут. Я рассудил иначе. Мне было страшно, что с женой и первенцем что-то может случиться.
Роженицу я её отвез к родителям. Там были более приемлемые условия жизни, приличная клиника и мягче климат.
Дочка родилась недоношенной, но вполне здоровой. Я был безмерно счастлив.
Так получилось, что в железнодорожной кассе оказался единственный билет в мягкое купе. Обычно на нашем маршруте таких вагонов не бывает, но иногда прицепляют к составу, чтобы доставить знаменитостей или высокого ранга чиновников.
Очень дорого, но, увы, другого места не нашлось, а времени в обрез. Пришлось раскошелиться.
Купе на двоих. Попутчица – смазливая девчонка с печальным оленьим взглядом и нервными повадками.
Она не была холёной или породистой. Провинциальность скрыть сложно. Внешний вид девочки завораживал бесхитростной красотой, безутешной меланхолией и скромностью.
Попутчица выглядела так, что хотелось её пожалеть. Такое тревожное чувство обычно вызывает трущийся об ногу котёнок, приблудившийся случайно на улице: хочется взять его в руки, приласкать.
Девочке улыбка была бы больше к лицу, чем минорное выражение, которым она меня встретила.
Сидит передо мной милая девочка, с которой картину можно писать, но потухшая, напряжённая, словно её родители в угол поставили, вот-вот расплачется.
Она даже не разделась, хотя предыдущая станция от моей в нескольких часах езды.
Странно. В вагоне натоплено по-зимнему, от души.
Я разделся, скарб свой нехитрый определил в положенные места, достал книжку, хотя не до чтения мне сейчас – весь в мечтах и грёзах, но нужно было чем-то занять руки, чтобы уравновесить, сбалансировать мысли.
Дочка у меня родилась, а я её даже не видел. Какая она?
Смотрю в книгу, а представляю милых сердцу людей, по которым неимоверно соскучился. Давно наяву не видел любимую жену, только во сне. Мужчины ведь тоже сентиментальны и очень чувствительны, только стараются не показывать свои переживания.
С ночной рубашкой жены я ни одной ночи не расставался, хотя Лизкин запах из неё давно выветрился, но по памяти и она возбуждает достаточно сильно.
Провокаций от женского пола во время отсутствия жены было в избытке: коллектив на работе преимущественно женский, очень, скажу я вам, общительный, даже чересчур.
Соседка по квартире опять же глазки строила постоянно и не только она. Есть у счастливо женатых мужчин некий загадочный фон, увидеть который невозможно, а почувствовать не сложно. Успевай только обороняться от желающих испить из источника блаженства.
Это я так, цену себе набиваю. Я ведь по натуре увалень: нерешителен и застенчив не в меру, но иногда накатывает волна дерзости и бесстрашия, особенно если вовремя подмигнут.
Думаете легко не замечать флиртующих чаровниц, когда их вид и запах норовят основательно снести крышу, а у тебя нет на этот случай никакого оружия, кроме верности?
Была бы любимая рядом, скорее всего, было бы совсем не сложно отбиться от неуместного вожделения. В её отсутствие потоки гормонов настолько заражают кровь, что флюиды страсти начинаешь чувствовать за километр.
Девушка пару-тройку раз сделала движение рукой, словно порываясь предпринять какое-то действие, но никак не может решиться. Я замечаю это боковым зрением, невольно бросая в её сторону мимолётные взгляды, нарушающие плавный ход мыслей.
Да мне-то что до этого? Своих проблем достаточно. У меня мозг кипит: вижу, чувствую, каждой клеточкой тела осязаю родное тело своей любимой. Не до собеседников мне.
Вот я провожу рукой по волосам жены, трогаю пальцем податливые губы, прижимаюсь к ней всем телом, слышу, как бьётся сердце в её груди, касаюсь налитых грудей, моментально восстающих и выпячивающих горошины упругих сосков.
Внутри всё сжимается и восстаёт, напрягается и стонет, вибрирует, подстраиваясь под удары пульса…
В грёзах всё происходит предельно реально.
Я сижу с закрытыми глазами и наслаждаюсь, улетая в астрал, где иное течение времени и можно всё. Так уж я устроен, что одновременно проживаю две, а может и больше жизней, которые порой не соприкасаются, пересекаясь только в минуты грез и созерцания.
На грешную землю меня возвращает тихое покашливание и продолжительный вздох.
Приходится отвлекаться от видения. Переместиться в одно мгновение в реальный мир, где серо и буднично, не так просто.
Глаз не открываю, пытаюсь вернуться в вагон, делать чего нет никакого желания.
В голове никаких мыслей, лишь ощущения и переживание только что состоявшегося в параллельной вселенной контакта.
Обострённое длительным отсутствием интимных контактов обоняние улавливает резкий запах молодой женщины, её напряжённое дыхание и волну энергии от назойливого взгляда.