Нет – хоть я и на какое-то время пристрастился к амфетаминам, которые мне прописывали, потому что я очень много спал. ‹…› Такой сон – распространенная реакция на депрессию. Я даже днем засыпал на много часов, и мне показалось, что это напрасная трата времени. Вот я и решил поговорить об этом с врачом. Она выписала мне риталин. И он подействовал. Это произвело на меня большое впечатление. Я прошел не весь курс, но меня очень озадачило, что вот – у меня депрессия, но можно принять эту чертовски крохотную пилюльку, размером с булавочную головку, и мне сильно полегчает. А я-то думал, что моя депрессия – это отклик на события в Аттике или на минирование Хайфонга[689]
. Ан нет: видимо, я просто откликался на какие-то внутренние химические процессы, которые шли у меня в организме. И чтобы с этим справиться, достаточно было просто принять такую вот таблеточку. Потом я их перестал принимать, но меня очень заинтересовало, что мое настроение может изменить какая-то жалкая таблетка. ‹…›До недавних пор я примерно каждые двадцать дней слетал с катушек. Мне долго казалось, что у меня имеются очень веские причины для таких срывов, что окружающие их заслужили. И лишь недавно я осознал, что это со мной происходит регулярно – с шестилетнего возраста. И окружающие меня люди в общем-то не могли ничего с этим поделать, разве что иногда отсрочить такой срыв на денек-другой, но расписание срывов у меня было более-менее стабильное. ‹…› В последнее время я раз в неделю хожу к врачу. Это не психоанализ, это что-то более поверхностное. Я просто разговариваю с ней про депрессию, пытаюсь разобраться в природе этой штуки. Как выяснятся, огромная ее часть связана с физиологией. В книге, которую я только что закончил, под названием «Завтрак для чемпионов», мотивы поступков всех персонажей объясняются химией их организма[690]
.Двенадцать лет спустя вышел роман «Галапагосы», действие которого происходит в будущем, после экологического кризиса, обернувшегося настоящей катастрофой. В этой книге Воннегут снова обращается к теме химии мозга. Последний, можно сказать, почти что становится одним из персонажей.