Перетаскивая вместе с Ларго и присоединившимся к ним Шеки бочонки с песком к Порталу и помогая мастеру Энгусу разместить их у черных ворот, Вайд не мог отделаться от ощущения, что в их затее что-то не так. Конечно, повредив магическую вещь, можно тем самым лишить ее части или почти всех сверхъестественных свойств – но каковы при этом будут последствия? Именно это и беспокоило Вайда, хмуро молчавшего и не принимавшего участие в разговорах друзей. Но иного выхода, кроме как воспользоваться идеей Энгуса, он не видел.
Мастер Энгус и Вайд с помощниками работали очень быстро, с тревогой поглядывая в начинающее темнеть небо. Вскоре все было закончено. Наскоро перекусив, все собрались около Портала, и даже Ольтен, опираясь на вырезанную для него Чепозусом палку, стоял рядом. Связки бочонков были аккуратно разложены вокруг одной из опор ворот. Из отверстий в бочонках торчали пропитанные маслом веревки, свитые на конце в единый жгут – это придумал Ларго, чтобы не бегать и не зажигать каждый бочонок в отдельности.
– Все готово, Ваше Величество, – торжественно произнес мастер Энгус. Все невольно взглянули на короля, словно ожидая от него речи, как на параде.
– Чего уж там, – буркнул Конан. – Поджигайте, а то поздно совсем.
Тандиль принес головню из разведенного на краю поляны костра, и мастер прижал ее к веревочному жгуту. Когда по веревкам поползло пламя, люди, знающие уже, с чем имеют дело, отбежали в лес и укрылись, кто где мог. Вайд плюхнулся в какую-то ложбинку и с досадой ощутил, как ему в сапог потекла холодная болотная вода. Неподалеку слышалась ругань Эсканобы – судя по всему, он угодил в муравейник. За широкой сосной с достоинством полулежал Чепозус, вдумчиво жуя лепешку. Расположившийся рядом Тао умильно глядел на него, часто облизываясь. В кустах тревожно ржали лошади, удерживаемые Тандилем, Ларго и Шеки. Высунувшийся из-за кочки Ольтен с любопытством глядел на поляну, ожидая увидеть действие нового оружия противника вблизи.
Судя по тому, как основательно промокли его ноги, Вайд решил, что времени прошло достаточно – однако возле Портала все было по-прежнему спокойно. Бочонки в целости лежали на своих местах, и загораться, судя по всему, не собирались. Спутники Вайда, пришедшие к тому же выводу, тревожно начали выглядывать из своих укрытий, кое-кто даже поднялся на ноги. Раздалось недоуменное восклицание мастера Энгуса, заглушенное крепким выражением Конана. Вайд начал было выбираться из своей ложбинки, чтобы посмотреть, в чем там дело – как мимо него пронесся Ларго, недвусмысленно направляющийся к Порталу.
– Стой! – невольно вскрикнул Вайд, но юноша даже не обернулся. Быстро подбежав к бочонкам, он на мгновение наклонился над ними – и, обернувшись к лесу, крикнул:
– Веревка погасла, чтоб ее!..
Выхватив из потухающего уже костра новую головню, Ларго вновь поджег веревки.
– Что он там копается? – нетерпеливо пробормотал Вайд, глядя на неподвижно замершего у Портала друга. Но Ларго, невзирая на опасность, подождал, пока разгорающееся пламя подберется поближе к бочонкам – и лишь тогда бросился в лес и упал рядом с Вайдом.
– Портал, кажется, открываться начал, – сообщил Ларго. – Там шум какой-то, вспышки внутри и холодно ужасно… Ты что, места посуше выбрать не мог?!
Вайд уже хотел что-то ответить – и тут сильнейший грохот потряс окрестности.
Вайд невольно уронил лицо в траву, ощущая, как забилась в голове давешняя боль. Словно штормовой порыв ветра пронесся над ним, чем-то присыпав спину. Земля дрогнула, и он машинально вцепился в траву. Казалось, все вокруг смещается и шатается, а ветер почему-то крепчал, надсадно завывая прямо в уши. Вайд понял, что что-то пошло не так, «гремучий песок» не мог вызвать таких последствий. Он приподнял голову – вокруг была кромешная тьма, разрываемая на мгновение синими зарницами. Вайд попробовал позвать кого-нибудь – но бешеный ветер заталкивал слова обратно в горло, мешая даже дышать. Снова послышался грохот, будто земля решила расколоться на множество частей, зарницы замелькали в сумасшедшем темпе, ветер выл и хохотал, стараясь унести с собой лежащего навзничь человека.
«Если мы закрыли Портал – то все не зря. Жаль, что мы об этом так и не узнаем…» – пронеслось в голове Вайда, прежде чем ветер оторвал его от земли и швырнул в бездну.
Когда Вайд открыл глаза, то первое, что он увидел – это небо. Оно не было лазоревым, как ранним утром, или синим, как в полдень, или белесым, как при жаре. Небо было вылинявшим, как старая тряпка. Ни единое облачко не украшало эту унылую пустоту над головой.
Вторым, что увидел Вайд, оказался Чепозус. Он сидел рядом, стряхивая пыль с одежды, и в его выпученных глазах читалось неподдельное удивление. Если бы Вайд лучше знал доблестного пехотинца, этот факт, несомненно, поразил бы его гораздо больше, чем вид неизвестного неба.