Читаем Придворная словесность: институт литературы и конструкции абсолютизма в России середины XVIII века полностью

Chapter 4, “Theology Physical and Political: Mikhail Lomonosov’s Ode Paraphrased from Job”, offers an in-depth reading of Lomonosov’s poetic adaptation of the famous whirlwind speech from the Book of Job. A classic of eighteenth-century Russian poetry and one of the few poems of the period retained in subsequent cultural memory, Lomonosov’s 1752 ode has been subject to many interpretations which have situated it in diverging contexts, from Luther’s German translation of the Bible to Enlightenment philosophy and natural sciences. Drawing on these findings and approaches, my reading places the “Ode Paraphrased from Job” at a strategic intersection of secularized piety, moral and natural philosophy, and political theology. Their amalgamation was characteristic, as I argue, of the emerging secular culture centered around the imperial court and the Academy of Sciences (where Lomonosov studied and served) established by Peter I as a vehicle for a Westernized (re)education of the imperial elites. In this perspective, Lomonosov’s poetic masterpiece – first published in an officially sponsored edition of his works – can be seen as a potent articulation of a particular vision of authority and discipline which, as dictated by Petrine church reform, blurred the boundary between the religious and the secular. The chapter begins by outlining the links between Lomonosov’s Ode and the philosophy of Leibniz, one of the founders of the Petersburg Academy, as well as Alexander Pope’s Essay on Man (1733–1734), a famous work of philosophical poetry published in a metrical Russian translation by Lomonosov’s disciple Nikolai Popovskii several years after the Ode. Lomonosov’s importation of authoritative Western philosophical discourses into Russian poetry was shaped by a very specific understanding of knowledge: in the framework of the post-Petrine state, poetry, philosophy, natural sciences and Christian faith all became instruments of state discipline, the monarchy’s education of its subjects. This constellation is immediately reflected in the rhetorical structure of the Ode as it reproduces God’s terrifying speech to Job on the necessity of unconditional obedience. Grand visions of the universe and the various creatures that inhabit it, which in Lomonosov’s adaptation amalgamate biblical myth with recent natural philosophy, are spectacularly subordinated to the task of subduing and regulating the subjectivity of the reader. The chapter goes on to situate Lomonosov’s poetic procedure within a broad context of aesthetic and political theory equally relevant for Russia and the West. In Hobbes’ influential exposition of absolutist politics, God’s speech to Job emerges as a crucial point at which secular and religious authority become one, as a rhetorically powerful eruption of the principle of domination unlimited by any restraints. In Russia, similar rhetoric was employed in the major propagandistic text of the Petrine reign, The Justice of the Monarch’s Right (1722). At the same time, God’s speech to Job was understood by Lomonosov’s contemporary Edmund Burke as an important example of the sublime – an aesthetic mode whereby the readers, according to Burke’s formula, are “forced into compliance”. Lomonosov’s Ode can thus be situated at the crux of a complex interaction between political, aesthetic, and philosophical thinking which informed pan-European visions of authority.


Перейти на страницу:

Все книги серии Интеллектуальная история

Поэзия и полиция. Сеть коммуникаций в Париже XVIII века
Поэзия и полиция. Сеть коммуникаций в Париже XVIII века

Книга профессора Гарвардского университета Роберта Дарнтона «Поэзия и полиция» сочетает в себе приемы детективного расследования, исторического изыскания и теоретической рефлексии. Ее сюжет связан с вторичным распутыванием обстоятельств одного дела, однажды уже раскрытого парижской полицией. Речь идет о распространении весной 1749 года крамольных стихов, направленных против королевского двора и лично Людовика XV. Пытаясь выйти на автора, полиция отправила в Бастилию четырнадцать представителей образованного сословия – студентов, молодых священников и адвокатов. Реконструируя культурный контекст, стоящий за этими стихами, Роберт Дарнтон описывает злободневную, низовую и придворную, поэзию в качестве важного политического медиа, во многом определявшего то, что впоследствии станет называться «общественным мнением». Пытаясь – вслед за французскими сыщиками XVIII века – распутать цепочку распространения такого рода стихов, американский историк вскрывает роль устных коммуникаций и социальных сетей в эпоху, когда Старый режим уже изживал себя, а Интернет еще не был изобретен.

Роберт Дарнтон

Документальная литература
Под сводами Дворца правосудия. Семь юридических коллизий во Франции XVI века
Под сводами Дворца правосудия. Семь юридических коллизий во Франции XVI века

Французские адвокаты, судьи и университетские магистры оказались участниками семи рассматриваемых в книге конфликтов. Помимо восстановления их исторических и биографических обстоятельств на основе архивных источников, эти конфликты рассмотрены и как юридические коллизии, то есть как противоречия между компетенциями различных органов власти или между разными правовыми актами, регулирующими смежные отношения, и как казусы — запутанные случаи, требующие применения микроисторических методов исследования. Избранный ракурс позволяет взглянуть изнутри на важные исторические процессы: формирование абсолютистской идеологии, стремление унифицировать французское право, функционирование королевского правосудия и проведение судебно-административных реформ, распространение реформационных идей и вызванные этим религиозные войны, укрепление института продажи королевских должностей. Большое внимание уделено проблемам истории повседневности и истории семьи. Но главными остаются базовые вопросы обновленной социальной истории: социальные иерархии и социальная мобильность, степени свободы индивида и группы в определении своей судьбы, представления о том, как было устроено французское общество XVI века.

Павел Юрьевич Уваров

Юриспруденция / Образование и наука

Похожие книги

Нарратология
Нарратология

Книга призвана ознакомить русских читателей с выдающимися теоретическими позициями современной нарратологии (теории повествования) и предложить решение некоторых спорных вопросов. Исторические обзоры ключевых понятий служат в первую очередь описанию соответствующих явлений в структуре нарративов. Исходя из признаков художественных повествовательных произведений (нарративность, фикциональность, эстетичность) автор сосредоточивается на основных вопросах «перспективологии» (коммуникативная структура нарратива, повествовательные инстанции, точка зрения, соотношение текста нарратора и текста персонажа) и сюжетологии (нарративные трансформации, роль вневременных связей в нарративном тексте). Во втором издании более подробно разработаны аспекты нарративности, события и событийности. Настоящая книга представляет собой систематическое введение в основные проблемы нарратологии.

Вольф Шмид

Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука