Читаем Пришедший извне полностью

– О нет, – усмехнулся Николай, – здесь всё просто. Зарастала её могила быльём да травой, за моей же ухаживали родители тех девочек, что я спас, пожертвовав собой. А потом пришла война. Мужиков угнали на фронт. Немцы стали ближе, народ уходил кто куда. Так деревня и опустела. Но зло, таящееся в могиле ведьмы, не умерло. Оно ждало своего часа. И он пришёл. Появились те, кто наживался на раскопках фронтовых территорий. Они и стали её первыми жертвами. Зло восстало. И ждёт тех, кто попадётся ей на пути. Только так же, как и я, она словно в клетке. Не может уйти дальше деревни. И через кладбище не может пройти. Земля погоста освящена. Забирай своего друга и бегите прочь. Постарайтесь пробраться к кладбищу. Через эту черту она не перейдёт. А я помогу пройти к тому месту, где вы начали блуждать.

Потрясённый Максим не знал, что сказать. Развернувшись, он побежал в сторону деревни. Вся информация перемешалась в голове. Быль и небыль, явь и вымысел – он уже не мог понять, где что. Единственным желанием было поскорее убраться с этого места.

Выйдя из леса к деревне, парень остановился. Потихоньку он пробрался к дому старой ведьмы и заглянул в окно. Из-за плотных штор нельзя было осмотреть всю комнату, лишь узкая щель между ними давала плохонький обзор.

Но увиденного Максу хватило. В голове сразу же всплыл жуткий сон в склепе. Сквозь узкую полоску между занавесками он увидел лежащего на полу Сергея и старуху, склонившуюся над ним.

Ворвавшись в дом, Макс столкнулся с обезумевшим взглядом друга. Сергей был связан по рукам и ногам…

Проснувшись и открыв глаза, Серёга вскрикнул от неожиданности: над ним нависало искажённое злобой лицо старухи. Сопротивляться было бессмысленно. Сила, сидевшая в старухе, была куда мощнее только что проснувшегося Сергея.

Через минуту он лежал на полу связанным, а ведьма сидела перед ним на корточках и шумно втягивала носом воздух.

Влетев в комнату, Максим с силой отшвырнул старуху. Отлетев в угол, она затихла.

– Макс, что за хрень? – возбужденно затараторил Серёжа. – Эта бабка, она как озверела! Силища такая! Что тут вообще происходит?!

Максим старательно резал верёвки на ногах Сергея.

– Надо валить отсюда, срочно, – коротко бросил он. – Я потом всё объясню, просто поверь и бежим отсюда на кладбище.

– На кладбище? – переспросил Сергей. – Это же назад к топи, мы там и так блудили. Нужно идти в сторону дороги.

– Заткнись, Серый, – резко оборвал друга Максим, – если ты не хочешь быть выпотрошенным этой тварью. Нам нужно просто успеть добраться до кладбища.

Сергей бросил затравленный взгляд в угол. В этот момент старуха начала шевелиться.

Они бежали к лесу, в сторону погоста, побросав все свои вещи. Позади что-то жутко завыло.

Ребята притопили ещё быстрее. Забежав за полосу деревьев, они остановились и обернулись. Погони не было.

– В какую сторону идти правильно? – спросил Сергей. – Там с одной стороны была топь.

И вдруг со стороны деревни раздался громкий и мерзкий хохот. Не разбирая дороги, Сергей и Максим бросились дальше в лес. Они бежали и бежали, только тропу к кладбищу отыскать так и не могли. А позади всё время слышался то мерзкий вой, то звериный рык.

– Эта тварь нас кругами водит. Она специально выматывает нас, – пытаясь отдышаться, сказал Максим.

– Я вообще не понимаю, что происходит. Кто эта бабка, что ей вообще нужно от нас? – спросил Сергей.

– Даже говорить не хочется, не поверишь. Эту старуху прикопали землёй без малого сто лет назад. Перед этим выколов глаза и хорошенько поджарив.

– Не понял? – переспросил Сергей, внимательно смотря на друга.

– А сейчас будешь понимать ещё меньше, – усмехнулся Макс. – Знаешь, откуда я об этом узнал?

Серёга вопросительно мотнул головой.

– Помнишь тот памятник, который мы разглядывали? Под ним похоронен молодой парень? Получив утвердительный кивок, Максим добавил:

– Вот он сам мне об этом и рассказал.

Сергей недоверчиво смотрел на друга.

– Что, не верится? – задал вопрос Макс. – Вот и мне не верилось, пока эту тварь, над тобой склонённую, не увидел. Сон мой помнишь? Так вот, в нём так же было – за тем исключением, что она жрала твои кишки.

Где-то за спиной послышалось, как ломаются и трещат кусты. И ребята снова бросились куда глаза глядят.

В какой-то момент Сергей потерял равновесие и, качнувшись в сторону, ногой провалился в топь. Не заметивший этого Максим уже успел отбежать. Вернувшись через секунду, он застал друга почти по пояс затянутым в болотную жижу.

– Давай, Серый, ещё разок! Тянись изо всех сил, – подбадривал Максим друга.

Сергей торчал из топи, схватившись за протянутую Максом длинную палку. – Не могу, Макс, – устало ответил он. – Руки трясутся…

Каждая попытка выбраться из болота заканчивалась неудачей. Лес словно замер. Вокруг них не было ни звука. Птицы умолкли, ветер перестал колыхать редкие листочки на деревьях.

– Ну, давай же, – устало повторял Максим.

– Не могу…

И тут взгляд Сергея остановился. Максим понял, что позади него кто-то стоит. Резко обернувшись, он увидел Николая.

– Не получается, – тихо сказал Макс, – нет сил.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Отверженные
Отверженные

Великий французский писатель Виктор Гюго — один из самых ярких представителей прогрессивно-романтической литературы XIX века. Вот уже более ста лет во всем мире зачитываются его блестящими романами, со сцен театров не сходят его драмы. В данном томе представлен один из лучших романов Гюго — «Отверженные». Это громадная эпопея, представляющая целую энциклопедию французской жизни начала XIX века. Сюжет романа чрезвычайно увлекателен, судьбы его героев удивительно связаны между собой неожиданными и таинственными узами. Его основная идея — это путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни.Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Виктор Гюго , Вячеслав Александрович Егоров , Джордж Оливер Смит , Лаванда Риз , Марина Колесова , Оксана Сергеевна Головина

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХIX века / Историческая литература / Образование и наука
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза