После того как я успокоилась, мы ещё немного поболтали, пока доктор не ушла к другим пациентам. Папа сходил в буфет и принёс нам кофе и огромные пончики с карамелью. Мы съели их вместе, а затем отцу нужно было уйти. В этот момент в дверях появился Каспер.
Он потрясённо смотрел на меня, стоя на пороге палаты и сжимая в руках букет цветов, очевидно собранный по дороге. По выражению его лица было видно, что он испытал облегчение, увидев меня живой и бодрствующей. А его покрасневшие глаза выдавали, что он плакал.
– Я нашёл твоё письмо, – сказал он, подходя к моей кровати и опуская уже немного подвядший букет на стол.
– С тех пор кое-что изменилось, – быстро ответила я, немного смущаясь того, что было написано в письме.
– Я уже слышал, – сказал Каспер.
Мы молча смотрели друг на друга. Взгляд Каспера пронзал меня, и я сглотнула, собираясь с мыслями. Мне хотелось что-нибудь ему сказать.
– Как прошли соревнования? – спросила я.
– «Турпайоухет» проиграла, – рассмеялся Каспер, выглядя при этом абсолютно счастливым. – Но это неважно, – продолжил он. – Только ты имеешь значение. И к тому же соревнования проводятся каждый год. – Затем он выдержал небольшую паузу, прежде чем продолжить: – Кстати, я вовремя нашёл тебя благодаря письму, но пропустил выступление.
– В следующем году будет новая попытка. «Турпайоухет» обязательно выиграет, – сказала я.
– Ты останешься с нами? – с надеждой спросил Каспер, присаживаясь на край моей кровати.
– При одном условии.
– Каком?
– Нам нужно такое выступление, в сценарии которого написано, что я должна поцеловать тебя, и тренировки должны быть практически каждый день.
– Поцеловать меня? – улыбаясь повторил Каспер.
– Можем начать прямо сейчас, – решила я и прижалась губами к его губам.