— Связать воедино эти линии событий мне помогло знание прошлого. А именно: неоспоримая связь Евгродуса Невзуна с похищенными черновиками мэтра Валоора и записи в дневнике отца, которые подтверждают, что за свою безопасность наша семья кому-то щедро заплатила. Кому-то, занимавшему очень высокий пост в столице и имевшему возможность оградить семью некромантов от гонений. Причем ценой вопроса стали те самые черновики и клятвенное обещание моего деда… а потом и отца… их расшифровать. Вот только сделать это оказалось нелегко — моим родственникам в силу многих причин не хватало ни знаний, ни опыта. Поэтому дело двигалось медленно, и на протяжении целых пятидесяти лет нас никто не трогал. Однако потом что-то произошло… и, судя по всему, Невзуны стали больше не нужны. Отец, заподозрив предательство, в спешке взялся изучать семейное ремесло. Некоторые данные из частично расшифрованных дневников начал утаивать, надеясь использовать в своих целях. А когда редкая болезнь стала целенаправленно уничтожать его баронство, они действительно пригодились, потому что на основе тех черновиков он сумел создать из умерших крестьян совершенно новый вид нежити, которого доселе никто и никогда не видел… полагаю, эти сведения есть в отчетах экспертов, обследовавших мой замок после уничтожения лича. Сами по себе это не очень значимые события, которые я, быть может, и не связал бы воедино. Однако появление
— Похищены? — озадаченно переспросил мастер Рух.
— В тот же самый день, когда мы избавились от лича, в мой дом телепортом проникли неизвестные люди. Они обыскали замок, забрав все книги и документы, которые смогли найти, вместе с телами. И это, вкупе со всем остальным, так явно свидетельствовало о причастности третьего лица, что не заметить это было невозможно.
— Что за люди? Вы узнали чьи-нибудь голоса? — тревожно осведомился мастер Рух.
— Увы, — вздохнул я. — Тогда я был слишком слаб, чтобы обращать внимание на детали. Поэтому не могу, к сожалению, назвать имен…
Вернее, пока еще не могу.
— Но случившееся заставило меня взглянуть на происходящее несколько шире, — негромко добавил я, видя, что маги задумались уже всерьез. — Особенно, когда я отправился на учебу. И то, что я обнаружил, мне очень не понравилось. Кроме того, я уверен, что
— Дальше мы сами, Невзун, — тут же отреагировала на мое заявление Хисса и, повернувшись так, чтобы оказаться между целителем и де Региллем, обвела притихших магов недобрым взглядом. — Думаю, так будет доходчивее и быстрее…
Я только плечами пожал и без единого возражения отошел к двери, чтобы не мозолить никому глаза. Дверь, естественно, оказалась закрыта, а охранные заклинания работали на полную мощность, поскольку господин ректор, судя по мрачному выражению его лица, очень не хотел, чтобы кто-либо преждевременно покинул нашу тесную компанию.
— С вашего позволения я продолжу, — мурлыкнула Хисса. — И дополню рассказ юного мага некоторыми подробностями. Чтобы вы понимали происходящее, начну с того, что наши провидцы… о, не надо делать таких глаз, господа! Да, у нас есть свои собственные провидцы! Что тут такого?! Так вот, наши провидцы уже давно следят за линиями вероятностей, которые отвечают за будущее мира. И одними из первых заметили, что лет пятьдесят назад эти линии начали очень опасно смещаться. Во время войны Гильдий этот процесс стал еще более выраженным, поэтому
По кабинету пронесся недовольный ропот, но под тяжелым взглядом наемницы тут же сошел на нет.
— Убийство главы темных, конечно, пошатнуло имевшееся на тот момент равновесие сил, но с исчезновением одной из Гильдий линии вероятности, к нашему удивлению, изменились не настолько, чтобы требовалось дополнительное вмешательство. Поэтому
После этих слов даже я взглянул на убийц со сдержанным удивлением. Ничего себе какие откровения! Всего несколько предложений, а сколько нового мы узнали!