Также будем каяться за тех детей наших, которые живы, здоровы, но только телом, а в душе у них нет света веры, потому что мы не захотели дать им, не захотели поделиться с ними этим сокровищем. Конечно, не все здесь виноваты. Многие матери и желали бы, но у них не было умения, возможности; обстановка, окружение— все это мешало! О таких я не говорю. С такими надо плакать вместе и сострадать. У них было желание, но они не могли его выполнить. Я говорю о таких, которые ничего не хотели сделать для этого: не научили ребенка молиться, не рассказали ему о Боге хотя бы то, что сами понимали и знали, не привели его в храм, не объяснили ему, для чего в храм ходят. Такие говорили: «Когда он вырастет, тогда и разберется». Если так рассуждать, то ничему не надо учить детей: ни ходить, ни говорить — пускай сами все делают. Мы же так не поступаем. Мы учим их всему! Неужели не научить их самому главному!
Будем просить прощения у Господа за наших близких, которые здесь отсутствуют, в грехах которых мы тоже принимаем участие и несем за них ответственность. Потому что близкие люди отвечают друг за друга. И если твой сын, брат, муж сбился с пути, то какая‑то доля твоей вины остается, что‑то мы проглядели, чего‑то, может быть, не сделали, что могли сделать.
Сколько у нас бывает пустых, праздных разговоров, иногда безобразных, даже осудительных. Это любимое наше занятие — осуждать, унижать друг друга или просто говорить впустую. Невоздержанность языка, невоздержанность глаз, невоздержанность чувств, невоздержанность в пище и в питье.
Тех, кто нас родил, вырастил, воспитал, тех, кто нас учил! кто нас наставлял! кто нам помогал! кто принес нам жизнь, свет и добро, — не сумели мы их отблагодарить, были неблагодарны черной неблагодарностью.
Мы стоим сейчас перед Тобою, оглядываемся на всю свою жизнь и что же видим? Ни перед Тобой, ни перед людьми мы не жили так, как было нужно. Мы все нарушили, все сломали. Каждый из нас имеет как бы крещальную рубашку, которая теперь запятнана, порвана, которая несет на себе все грязные следы нашей жизни— недостойной, не христианской, языческой. Вот после этого мы дерзаем прийти к Святой Чаше.
Мы просим у Господа не справедливости, не правды, просим не воздать нам по делам нашим, а просим о сострадании, о милосердии, о прощении. И пусть каждый сегодня, стоя здесь, воззовет из глубины души:
Дата неизвестна
Достойно свидетельствуйте о Господе