Читаем Психология Родины. Глубины русской самобытности полностью

Психология Родины. Глубины русской самобытности

На новом витке истории коллективный Запад, не усвоив уроки прошлого, начал очередной «крестовый поход» против нашей страны. На сей раз это не обычное противостояние Русского мира и западной цивилизации. Это – судьбоносная битва между Светом и Тьмой. И в этой решающей битве мы обязаны ПОБЕДИТЬ! Во славу наших великих предков и ради потомков! А для этой Победы нам всем важно понять: кто мы? откуда мы? зачем мы?.. Ответы на эти и другие вопросы составляют содержание книги

Елена Владимировна Кардель

Научно-популярная литература / Образование и наука18+

Елена Кардель

Психология Родины. Глубины русской самобытности

Вместо предисловия

Эта книга не является учебником в общепринятом смысле этого слова и, тем более, учебником по психологии, но к просвещению она имеет самое непосредственное отношение.

Тема «патриотизма» и его формирования у подрастающих поколений муссируется в нашем обществе уже многие годы, а то – и целые десятилетия. Непростая, но актуальная во все времена тема. Чтобы создать действенную воспитательную систему, нужно хорошо понимать, чем для человека является этот «патриотизм», откуда он возникает, на чём основывается, где берёт свой исток. И почему не каждый становится патриотом.

И хотя понятие «патриотизм» широко используется как в официальных документах, так и в обиходной речи, лично мне не нравится это слово. Оно – неправильное, не наше, заимствованное из других языков. Я вообще с осторожностью и недоверием отношусь ко всем этим – ИЗМам: гуманизм, коммунизм, капитализм, либерализм, дебилизм…

Что для нашего человека может стоять за этими и другими чужеродными, искусственно сконструированными словами? Ничего определённого. Потому что нет за ними конкретных смыслов. А если нет понятного смысла, то слово не воспринимается и, кстати, даже плохо запоминается. Для нас смысл – это, прежде всего, образ, внутреннее видение чего-то близкого нам. А без смысла – слово пусто.

Как из пустой миски человек не насытится, так и пустое слово не родит образ. Это у них там, человек – это тело, а для нас, человек – это Душа, Дух. Многими подмечено, что западный человек, входя в безлюдное помещение, произносит: нет тела (например, no body), а у нас говорят: ни души, ибо для нас, человек – это, прежде всего, Душа, а лишь потом всё остальное.

Для меня, для моей души понятие «Любовь к Родине» всё-таки ближе, чем абстрактный «патриотизм». Но любовь к Родине не в том смысле, что был в похабном перестроечном анекдоте, когда у нас расцветал пышным махровым цветом западный либерализм, а в самом прямом, нравственном, исконно русском. Само сочетание этих слов вызывает и образы, близкие сердцу, и чувства благодатные в душе пробуждает.

«Психология Родины» – не раздел научной дисциплины, тем более науки в том бездеятельном состоянии, в котором она, эта наука, по сей день пребывает. Этакая служанка, возлежащая на хозяйских перинах вместо трудов праведных, пока хозяин этого не замечает. Психология Родины – это познание Души нашей многострадальной земли, её удивительного народа, тех глубинных механизмов, которые рождают в нас высокие и прекрасные чувства.

Имея серьёзное базовое образование и обширные разносторонние знания, в своих книгах я стараюсь, по возможности, не использовать заумные формулировки и научную терминологию. Чтобы быть понятым, нужно говорить доступным для людей языком. А для этого необходимо самому знать предмет разговора, понимать обсуждаемую тему, ведь сказано мудрыми (не будем разбирать, кто был первым): «кто ясно мыслит, тот ясно и излагает».

В моей жизни был интересный случай. Однажды меня попросили набрать в текстовом виде записанное на диктофон интервью с чиновником от (тогда ещё) образования. Кажется, что может быть проще: слушай и набирай. Но не тут-то было. С двадцатиминутным фрагментом записи я провозилась более четырёх часов, пытаясь создать из набора модных заимствованных словечек и бессмысленных фраз более или менее логичный текст.

Такой белиберды мне ещё не приходилось слышать, хотя и научные труды порой сложны для понимания. Но это был разговор не научный, а занаученный, напичканный малопонятными англицизмами, современными европейскими терминами, «притянутыми за уши» словами и выражениями, которые подчас не имеют аналогов в русском языке. Похоже, этот чиновник и сам-то не понимал, что он хочет сказать, поэтому не смог логично выстраивать предложения. А ведь это был чиновник достаточно высокого ранга. И эти люди управляют нашим образованием…

Точнее, теперь уже, просвещением…

Стоит ли после этого удивляться тотальному невежеству подрастающего поколения?.. Да и не только подрастающего.

Какую систему просвещения могут создать такого ВИДА (даже не рода) чиновники, у которых вместо Рода, Родины, родной земли давно уже в головах лишь ВИДЫ на жительство?

И разве Любовь к Родине можно сформировать, используя в этих целях термин «патриотизм»?..

Все мои книги, по своей сути, о Родине, её культуре и верованиях, ошибках и достижениях, её прошлом, настоящем и будущем. И как бы она не называлась в разные времена: Российская Федерация, Советский Союз, Российская Империя, Великороссия или Русь – это одна и та же земля, моя Россия.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мозг: биография. Извилистый путь к пониманию того, как работает наш разум, где хранится память и формируются мысли
Мозг: биография. Извилистый путь к пониманию того, как работает наш разум, где хранится память и формируются мысли

Стремление человечества понять мозг привело к важнейшим открытиям в науке и медицине. В своей захватывающей книге популяризатор науки Мэтью Кобб рассказывает, насколько тернистым был этот путь, ведь дорога к высокотехнологичному настоящему была усеяна чудаками, которые проводили ненужные или жестокие эксперименты.Книга разделена на три части, «Прошлое», «Настоящее» и «Будущее», в которых автор рассказывает о страшных экспериментах ученых-новаторов над людьми ради стремления понять строение и функции самого таинственного органа. В первой части описан период с древних времен, когда сердце (а не мозг) считалось источником мыслей и эмоций. Во второй автор рассказывает, что сегодня практически все научные исследования и разработки контролируют частные компании, и объясняет нам, чем это опасно. В заключительной части Мэтью Кобб строит предположения, в каком направлении будут двигаться исследователи в ближайшем будущем. Ведь, несмотря на невероятные научные прорывы, мы до сих пор имеем лишь смутное представление о работе мозга.

Мэтью Кобб

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Научно-популярная литература / Образование и наука
Признания египтолога. Утраченные библиотеки, исчезнувшие лабиринты и неожиданная правда под сводами пирамид в Саккаре
Признания египтолога. Утраченные библиотеки, исчезнувшие лабиринты и неожиданная правда под сводами пирамид в Саккаре

Знаменитый исследователь древних цивилизаций и самый известный в мире идеолог теории палеоконтакта, чьи книги переведены на 28 языков, рассказывает историю своего друга, египтолога Аделя, который оказался запертым на несколько дней в подземных помещениях ступенчатой пирамиды в Саккаре. Юноша пытался найти выход из-под земли, бродил по коридорам и камерам и видел «невозможные» вещи, о которых не знают даже профессиональные археологи, ведь история Египта, по словам Аделя, имеет две стороны: официальную и строго засекреченную, скрываемую от широкой общественности. Книга приоткрывает завесу над теми тайнами, с которыми Адель столкнулся в подземном лабиринте. Так, например, есть все основания полагать, что Великая пирамида Гизы была не чем иным, как гигантской библиотекой, созданной для людей будущего. Кто же на протяжении тысячелетий уничтожал хранившиеся в ней знания, ведь речь идет о миллионах книг? Фон Дэникен утверждает, что, будь у нас в распоряжении хотя бы одна тысячная из написанного людьми в древности, мы бы полностью изменили свое представление о прошлом человечества.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Эрих фон Дэникен

Исторические приключения / Научно-популярная литература / Образование и наука
Легко ли плыть в сиропе. Откуда берутся странные научные открытия
Легко ли плыть в сиропе. Откуда берутся странные научные открытия

Как связаны между собой взрывчатка и алмазы, кока-кола и уровень рождаемости, поцелуи и аллергия? Каково это – жить в шкуре козла или летать между капель, как комары? Есть ли права у растений? Куда больнее всего жалит пчела? От несерьезного вопроса до настоящего открытия один шаг… И наука – это вовсе не унылый конвейер по производству знаний, она полна ошибок, заблуждений, курьезных случаев, нестандартных подходов к проблеме. Ученые, не побоявшиеся взглянуть на мир без предубеждения, порой становятся лауреатами Игнобелевской премии «за достижения, которые заставляют сначала рассмеяться, а потом – задуматься». В своей книге авторы Генрих Эрлих и Сергей Комаров рассказывают об этих невероятных открытиях, экспериментах исследователей (в том числе и над собой), параллелях (например, между устройством ада и черными дырами), далеко идущих выводах (восстановление структуры белка и поворот времени вспять), а самое главное – о неиссякаемой человеческой любознательности, умении задавать вопросы и, конечно же, чувстве юмора.

Генрих Владимирович Эрлих , Сергей М. Комаров

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Научно-популярная литература / Образование и наука