Мы шли вдоль берега, солнце спускалось. Мы добрались до деревянной тропы, тянувшейся над водой, ведущей к круглому зданию, которое поддерживали деревянные столбики. Здание словно парило, и только столбики не давали ему рухнуть в воду.
- Сюда? – я с опаской смотрела туда. Глен кивнул, но не спешил ступить на шаткого вида тропу.
Мы слышали голоса в странном здании, но это не вызывало в нас уверенность. А если наш с Гленом вес обрушит мостик, и мы упадем в воду? Группа пришла за нами, и мы неловко отодвинулись, пропуская их. Они пошли к зданию, не думая об опасности.
Один из них, высокий мужчина с темными волосами, стянутыми сзади, замер и посмотрел на нас.
- Вы в порядке? – спросил он с дружелюбной улыбкой.
- Да… просто думаем… - робко ответила я.
- Мост не рухнет, если вы об этом, - сказал он с понимающей улыбкой.
- Но так дома не строят, - Глен указал на здание, словно это зрелище пугало сильнее всего в жизни.
- Я жил здесь всю жизнь, дом стоял на столбах еще до моего рождения. Все будет хорошо. Идемте, - сказал он и уверенно пошел по мосту.
Я схватила Глена за руку и потянула за собой на деревянную тропу. Было жутко видеть, как волны разбиваются о столбики, через щели между досками. Вместо этого я старалась смотреть на спину доброго и вполне привлекательного мужчины.
Мы добрались до здания, где был толстый ковер, так что легко было забыть, что мы были над озером. Мы купили странный густой рыбный суп за монету и немного эля, который все здесь пили. Большие столы окружали очаг в центре, и я не видела второй этаж у здания.
- Это будет интересной историей, - сказала я Глену со смешком.
Суп был самой отвратительной едой, что я пробовала. Даже Глен, что мог есть все, выпил несколько кружек эля, чтобы смыть вкус.
Пока Глен покупал напиток для борьбы с гадким вкусом рыбы, темноволосый мужчина опустился на стул рядом со мной.
- Рад видеть, что хватило смелости дойти сюда, - улыбнулся он.
- Приятно быть в тепле, хотя я бы с радостью не пробовала это, - я указала на миску.
Он расхохотался.
- Я не скажу тете, что вы думаете о ее стряпне.
- О, нет, простите! – я поспешила извиниться, щеки горели от смущения.
- Не переживай. У тебя дома рыбы не так много? – спросил он, искренне интересуясь.
- Мы живем в фермерской деревне в паре дней пути на юг от города, - объяснила я и бросилась описывать скот и фермы.
- Отлично, и нет рыбы кругом, - он улыбнулся. – Меня, кстати, зовут Финниан.
- Морвен, - просто сказала я, и он рассмеялся.
- Рад знакомству, Морвен. Твой рыжий друг, похоже, отвлекся, так, может, я куплю тебе напиток? – предложил он, указав на Глена, говорящего с мужчиной, чьи волосы были такими же ярко-рыжими, как у него.
- Да, я не против, - сказала я, сверля взглядом Глена, который помахал мне, гордясь собой.
Пока я сидела одна за столом, я начала ощущать эффекты спешного запивания супа. Но причина была ясна, и вкус рыбы все еще был во рту. Когда Финниан вернулся, я хлопала по покалывающему лицу покалывающими руками.
- Лик покалывает, - объяснила я, приняв у него чашку.
- Может, не стоит больше пить? – сказал Финниан, придвинув стул ближе ко мне.
Он был очень большим, как я невольно отметила, с хорошо заметными мускулами на руках и груди от работы на лодках, как я подозревала.
Отметины на его руке привлекли мой взгляд, и я не успела подумать о том, что сказали бы мама и бабуля Атол о моем поведении, я уже гладила его руку.
Финниан закатал рукав рубахи и показал татуировку, что тянулась от его плеча до запястья. Там были символы, как на камне фей дома, и они словно перетекали на его руке, пока он двигался.
- Красиво, - очарованно охнула я.
- Рад, что тебе нравится. Это было больно, - терпеливо сказал он, позволяя мне пялиться на его руку.
- Это как камень фей в нашей деревне.
Он кивнул.
- Символы фей распространены всюду. Мы видим одни и те же символы, куда бы ни пошли. Так мне говорили.
- Мы собираемся попасть в королевства фей на севере, - призналась я. Почему-то хотелось услышать его мнение насчет нашего путешествия.
- Чтобы рассмотреть?
Я замешкалась, не зная, хочу ли я открывать свой секрет. Я ощущала, что могу доверять Финниану, хотя только встретила его, хотя все это могло быть от выпивки.
- Я – подменыш, - выпалила я, пока не растеряла уверенность. – Мы хотим пойти на север и узнать, почему они воруют наших детей.
Финниан молчал, а я не могла смотреть на него, на его реакцию. Он напугал меня, когда поднял, словно я ничего не весила, и усадил на свои колени, а потом обвил руками.
- Это очень смелый поступок, - прошептал он, обнимая меня. – Ты сможешь найти ответы для всех нас, - сказал он, кивая. Наверное, тоже ощущал влияние эля.
Я задумалась, был ли он подменышем, вспомнила слова Уолласа, что, чем севернее, тем больше подменышей. Мне стало интересно, сколько в его семье было подменышей, сколько из них выжило.
Я не озвучила эти мысли, даже в пьяном состоянии я понимала, что все испорчу. Мне было удивительно уютно в объятиях нового знакомого, и я хотела бы остаться здесь.