Дело в том, что у прилавка, как и у рамки металлоискателя, была небольшая очередь.
— А у нас есть и постное меню, — ответила мне искусительница. — Вот грибной наполнитель к картошке, пожалуйста…
Выйдя из храма после службы, я снова увидел очередь у «Крошки-картошки». Теперь в ней пришлось бы постоять. Тут делался по крайней мере недельный план.
Подойдя к метро, я увидел юную пару, которая напряженно христосовалась у входа и не могла остановиться.
А главное, не хотела.
В пресс-центре «Ленэкспо» глава оргкомитета «Сочи-2014» Дмитрий Чернышенко и вице-премьер России Дмитрий Козак представили медали зимней Олимпиады в Сочи.
— Дмитрий Николаевич, — обратился Дмитрий Чернышенко к господину Козаку, когда тот, бурно выговорившись, закончил свое краткое приветственное слово. — Не уходите!
— Медаль хотите мне дать?
— Конечно! — кивнул Дмитрий Чернышенко. — Вот, выбирайте любую, какая вам подойдет! Вот олимпийская, а вот паралимпийская!
Дмитрий Козак вежливо улыбнулся. На паралимпийскую медаль он по всем признакам претендовать был не намерен.
— А во сколько обходится содержание однокомнатной квартиры в Грозном? — спросил кто-то из журналистов Рамзана Кадырова.
Глава Чечни некоторое время думал над этим вопросом, а потом вдруг просветлел лицом.
— А черт его знает, во сколько оно обходится! — воскликнул Рамзан Кадыров.
Потом он еще на несколько секунд задумался, поняв, видимо, что ответ получился нечетким:
— Не знаю! Ведь у меня двухкомнатная!
И он, не удержавшись, сам с удовольствием расхохотался.
Строители железнодорожного вокзала в Сочи стояли полукругом в несколько рядов перед стойкой с микрофоном и сосредоточенно подталкивали друг друга к этой стойке.
— Девчонки! — крикнул наконец один из начальников строительства. — Хватит! И грудь уберите куда-нибудь!
— Почему? — рискнула спросить одна девушка (то есть не «куда?», а именно «почему?»).
— Выпирает! — исчерпывающе разъяснил ей начальник.
Она горько вздохнула, от чего выпирать стало на мгновение еще побольше.
Один из участников прошлой «восьмерки», куда Владимир Путин не поехал, рассказывал мне про одно из таких плотных заседаний, на котором присутствовали только лидеры стран и шерпы. Мировая общественность замерла в ожидании, что сделают эти могущественные люди для планеты за дверями, закрытыми так плотно, а они, только начав, по предложению немецкого канцлера Ангелы Меркель прервались и с облегчением пошли смотреть футбол с «Баварией». А мировая общественность в это время так и гадала: да что же там они решат, в конце концов?! А там смотрели футбол и спорили только по этому поводу. Прервал дискуссию Барак Обама: зашел в комнату, где все прильнули к голубому экрану, и извиняющимся тоном сказал, что уже маленько неудобно.
Конечно, это же был не американский футбол, а европейский.
В Москву приехал новый президент Венесуэлы Николас Мадуро.
— Мы, — поделился он, — приземлились в Москве всего два часа назад и уже успели убедиться в том, что получаем здесь такое же внимание, какое получал наш президент Уго Чавес!
Очевидно, что Николасу Мадуро пока по большому счету ничего в жизни и не нужно.
После этого высказывания Николас Мадуро с трудом подавил зевок, предварительно посмотрев на действующего президента Ирана Махмуда Ахмадинежада, который зевнул первым. А уж когда на зевающего президента Венесуэлы поглядела министр энергетики Нигерии, шансов у нее не было: зевнула.
— Образ жизни москвичей, — заметил наблюдательный губернатор Московской области Андрей Воробьев, — предполагает посещение природы и обратно.
Самое сильное впечатление на территории полигона Полигон Хмелевка под Калининградом, где проходили совместные российско-белорусские учения, произвел храм. Он был выстроен и сдан в эксплуатацию специально к учениям. Храм был полностью обернут в маскировочную сетку. И только крест вызывающе сверкал на неожиданном солнце.
— Да, — подтвердил стоявший у входа в храм отец Константин. — Сборно-разборный щитовой мобильный храм. Разработан специально для многоразового использования.
— А что же, — спросил я, — крест не покрыли сетью? Прямо блестит!
Крест тоже, по-моему, был сборно-разборным.
— Не укрыли, — согласился отец Константин. — Действительно, только это и оставалось сделать.
Маскировка храма была ему не по душе.
— Был такой термин «принудить к миру», — размышлял председатель Координационного центра мусульман Северного Кавказа Исмаил Бердиев (
Потому что не запрещает.
Журналист Николай Сванидзе признался:
— У меня есть ощущение, что началось нечто похожее на антимигрантскую истерику.
Чтобы прекратить ее, надо, по его мнению, вести планомерную пропагандистскую работу:
— Если народу объяснять, что такое хорошо и что такое плохо, то народ-то не дурак, он поймет!