Но вернемся в 1945 год. После взятия Кенигсберга целью советских войск в Восточной Пруссии оставалась группировка противника, отрезанная на Земландском полуострове и прижатая к морю. Центром нацистской обороны стал Пиллау. Сюда перебрался бежавший Кох. Гитлеру он сообщил, что предатель Ляш сдал Кенигсберг в его отсутствие. Сам он по-прежнему в строю и будет сопротивляться до последнего.
На Земланде немцы сражались, надо признать, отчаянно. 22 апреля тут едва не погиб Василевский: его «Виллис» попал под осколки вражеских снарядов. И все же шаг за шагом Красная Армия занимала вражеский оплот. 25 апреля Пиллау был взят.
В современном Балтийске до сих пор живет легенда о том, что здесь существовала тайная гитлеровская база подлодок, на которых кое-кто из нацистов сумел бежать в Латинскую Америку. Отчасти этот миф питается сюжетом знаменитого романа Леонида Платова «Секретный фарватер», согласно которому в Пиллау была стоянка таинственной субмарины «Летучий голландец», выполнявшей личные поручения Гитлера.
После падения Пиллау остатки немецких войск отступили на косу Фрише-Нерунг, не оставляя надежд эвакуироваться морем. Чтобы исключить их спасение, советское командование решило высадить на косе десант. Кровопролитные бои с упорным противником продлились вплоть до 9 мая 1945 года, когда остатки Земландской группировки, двадцать две тысячи человек, все-таки капитулировали.
Советские бойцы вспоминали, как после объявления о конце войны люди принялись на радостях палить в воздух трассирующими пулями, осветительными ракетами, просто из винтовок и автоматов. Ликовали все, от офицеров на командных пунктах до раненых в госпиталях. Весь следующий день в войсках шло полустихийное празднование: импровизированные парады под звуки военных оркестров, митинги, салюты, обеды из рыбы, заглушенной на месте.
В этой радостной суматохе мало кто вспоминал про Эриха Коха, который вновь ускользнул от справедливого возмездия: ледокол «Восточная Пруссия» вывез нациста в Копенгаген. Оттуда он отправился во Фленсбург, где после самоубийства Гитлера собралось новое правительство агонизирующего рейха. Кох упрашивал адмирала Деница вывезти его на подлодке, но получил отказ и растворился среди беженцев. Несколько лет палач прожил под именем Рольфа Бергера, играя роль заурядного фермера. Но в 1949 году его все же опознали. Англия выдала одиозного пленника Польше, и там бывший наместник Гитлера наконец-то предстал перед судом.
Впрочем, Кох в который уже раз попытался ускользнуть от наказания. Учтя, что он оказался в социалистическом государстве, бывший обер-президент вещал о приверженности идеям Маркса и Энгельса, уверял, что нацисты никогда не считали его вполне своим, и приписывал себе ни много ни мало решающую роль в заключении пакта Молотова – Риббентропа! Естественно, в ход шли проклятья по адресу Гитлера, Гиммлера и бывшего шефа Розенберга, который якобы бесстыдно клеветал на него Нюрнбергскому трибуналу. Все эти красноречивые эскапады, однако, не помогли: суд приговорил сатрапа и расиста к смертной казни. И все же запредельное везение не оставило Коха. Приговор не был приведен в исполнение ввиду… слабого здоровья заключенного. Слабое здоровье не помешало экс-гауляйтеру прожить в тюрьме аж до 1986 года.
Еще находясь на свободе, Кох узнал об участи владений, которыми он когда-то управлял. Послевоенная судьба Восточной Пруссии была окончательно решена на Потсдамской конференции. Две трети региона отошли Польше, а северная часть вместе с Кенигсбергом – Советскому Союзу, который приступил к переименованиям старых немецких топонимов новыми русскими.
Относительно того, как теперь будет называться столица области, шли споры. Первоначально в Кремле склонялись к варианту Балтийск. Однако 3 июня 1946 года скончался Михаил Калинин, человек, который в течение десятилетий возглавлял главный институт советской власти, Верховный Совет СССР. Сталин предложил дать новому крупному городу страны имя почившего соратника.
Когда-то, еще в 1933 году, вождь написал на Калинина забавную эпиграмму:
Можно пошутить: раз Калинин писал тексты заумнее Канта, то и город, где жил основоположник немецкой классической философии, можно смело называть именем Михаила Ивановича.
А что в реальности? Имел ли Калинин какое-то отношение к Кенигсбергу? Надежно установлено, что в самом городе он никогда не бывал. Но надо принять во внимание и ряд других соображений. Формально, согласно Конституции, Михаил Иванович был главой государства, которого на Западе называли советским президентом. Разумеется, его политическое влияние не стоит переоценивать, оно не было определяющим, и вместе с тем в годы войны этот человек в потертом пиджаке, выходец из простых рабочих, оставался символом и лицом власти, ведущим борьбу против нацистских захватчиков.