- Васька, чё ты врёшь? - Машка решительно шагнула к Василию и близко исподлобья заглянула в глаза. - Все же в деревне знают, что клешню свою ты в речке получил, а не в озере! Ты, Васька, химера недоделанная, и к озеру не примазывайся!
- Машута, а ничего что речка Утоплянка в Волынино озеро впадает? - возразил в ответ Василий. - Мне вещий сон из озера был, и сказано было что плоть мне оттуда дана настоящая. Это только Иисус с понтом дела вместо живой плоти просвирки раздавал, за что потом и поплатился.
- Это правда, дети мои. - прошелестел старый агроном. - Просвиркой живую плоть не заменишь - веры настоящей не будет! Васята, ты на озере ребяток-то наших побереги, они ведь не готовые ещё.
- Ты, дед Макарыч, мало об нас понимаешь! - свирепо процедил Толян. -Мы уже давно на всё готовые, понял?
- На что-то может и да, а на что-то пока нет. Васенька, почеши мне тоже клешнёй между лопаток... Вот спасибо, хорошо. А ты, Вася, выходит и снаружи и изнутри причастился. - Старик глубоко, прочувствованно вздохнул. - Теперь, ребятушки, всё по иному станет. Теперь озёрные сами вашу плоть принимать будут и через это вас понятием наделять - и ныне живых, и почивших ранее.
- Всех подряд? - уточнил Лёха.
- Из почивших ранее взяли только неупокоенных - ну, у кого нерешённые вопросы в жизни остались. Дела недоделанные, счёты несведённые... Остальные, ныне беспамятные, они по прежнему в холодке лежат и в безличности пребывают. Они нам как бы и не нужны пока. Ну может, если самая малость.
- За неупокоенных-то с какой печали озеро взялось? - удивился Лёха. - Нешто им Судный день собрались устроить?
- А ты как думал, Ляксей! Устроят! Только никакой хрен с ёлки не приидет во славе своей со святыми ангелами на выездную сессию ваши гнилые рамсы разруливать. Просрали вы, завистники сластолюбивые, и Никео-Царьградский символ, и Апостольский чин, и четьи-минетьи! Всё просрали!
- А Иезекиил... - начал было Толян.
- Иезекиила тоже просрали со всем ветхим заветом! Каких от вас в жопу овец отделять, когда кругом одни козлищи! Вот дождётесь, и посадят вас всем скопом в Леблядиное озеро, и плоть дадут не человеческую, а подлой твари холоднокровной. И там все будете сидеть и думать сами об себя, покуда не поумнеете. Страшный суд вам подавай... Хуй вам растопыренный на сосновой шишке! Даже гнев божий, и тот заслужить надо!
- Хочешь сказать, мы даже и на такую малость не наработали? - хмуро осведомился Лёха.
- Это гнев божий тебе малость? Ни черта ты ни о жизни, ни о боге понимаешь, Ляксей! Гнев - это наипервейшее доказательство любви. А за что вас любить? Отступился от вас боженька, так что теперь, как помрёте, одна вам дорога - в озеро.
- А с живыми как будет? - хмуро спросила Машка.
- И живых тоже будут забирать, кого раньше, кого позже. Вот с Женьки Мякишева начался почин. Забрали его в озеро, и понятие ему дали. А и Женька тоже не промах, здорово помог нам с рекогносцировкой.
- С рекогносцировкой - это как это? - заинтересовался Толян.
- Да как-как? Женька то у нас когда пацаном был, авиамоделями занимался, самолётики всё пускал. Вот они, то есть мы, чуток все вместе покумекали и придумали как вверх выпрыгивать, как планировать и местность с лёту изучать. А что где подальше от озера, то галки и вороны знают, каких мы по ходу зажевали. А Женька, между прочим, передаёт вам всем пламенный привет. И ещё он вас очень призывает, чтобы все желающие шли к озеру причащаться и заходили в воду без боязни. Озёрные вас примут со всем уважением.
- Так же как Женьку самого приняли? - безрадостно уточнил Толян.
- Ну а чего в этом плохого? - искренне удивился Иван Макарович. - Съедят вас быстро и не больно. А дальше - благодать. Сперва рыбье мясо вам дадут, порезвитесь в водичке. Ай, хорошо! А потом как побольше знаний наберётся, там и вообще становись кем хочешь. Или переходи из тела в тело. Или живи сразу в нескольких как барин в старину в десяти домах. Хочешь живи в теле один, хочешь с другими делись. Хочешь живи своим умом особо, хочешь растворись в других умах, думай совместно, чуй совместно. Надоело со всеми вместе - опять выделись особо и будь сам по себе. Женька теперь так и живёт и вам всем советует. Торопыга он конечно, Женька. Всегда таким был. Я ж знаю, вы к озеру ещё не готовы.
- А что ж ты нас на съедение подбиваешь, а сам тут околачиваешься? - резонно заметил Лёха.
- Да и я скоро уже. Вот днями пойду. Чуток силёнок накоплю, до озера дойтить, и пойду. Хотите, давайте и вы со мной.
- А если мы к рыбам на корм не хотим? - хрипло возразила Машка, передёрнув плечами. - Если мы не желаем молотить хвостами по воде как селёдки, а хотим жить по-своему как всегда жили?