Адмирал Шерман, однако, решительно ничего не знал ни о посещении его тела душой Дуэйна, ни о судьбоносной Мочеполовой Конвенции, подписанной вышеозначенной душой и его собственной и вверившей душе Дуэйна управление мистером Пекером. Он не мог ничего знать обо всех этих событиях, поскольку они происходили совершенно вне сферы его сознания, или как говорят американские психологи, subliminally.
Как мы уже говорили, адмиральская душа была деятельной и изобретательной. За счёт чего она обладала такими качествами - были ли они присущи ей самой изначально или она получила их за счёт отменного качества соединения со своим телом - это мы спросим, если удастся, несколько позже у Женьки Мякишева, если ему в свою очередь удастся встретиться с профессором Циолковским и перенять все его знания, другими словами, скопировать всю его когнитивную сеть в ту высокоорганизованную ткань, из которой была соткана неведомая сила, обосновавшаяся в озере, так же как она раньше копировала знания и умения пойманных озером собак, кошек, ворон и галок и наконец, самого Женьки Мякишева. Скопировать, не съедая профессора, как она до того съела всех остальных, включая и Женьку. И лишь когда Женька Мякишев стал частью этой неведомой силы, она видоизменилась и нашла способ извлекать знания из земных существ, не поедая их целиком, а дистанционно, слегка видоизменяя их генетику путём введения им небольшого импланта.
Впрочем, об этом потом, а пока что мы просто будем знать что адмиральская душа была деятельной и изобретательной, не важно пока за счёт каких конструктивных особенностей. А важно то, что будучи таковой, она активно искала способ восстановить половую жизнь своего патрона, не уведомляя его об этом. Она исподволь проводила подготовительные мероприятия, так чтобы в какой-то момент адмирал принял решение найти себе подходящую женщину и начать с ней интимные отношения, и чтобы это решение было воспринято им как акт его свободной воли. Но тут в адмиральское тело неожиданно влезла откуда ни возьмись Дуэйнова душа и произнесла всего одну короткую невинную фразу, которая заставила адмиральскую душу моментально изменить план действий.
Придя, наконец, в себя, адмирал Шерман осторожно обшарил свою одежду и тщательно осмотрел и ощупал сперва свой детородный орган, а затем и все остальные части тела. Он не забыл даже залезть в уши, ноздри и волосы, вероятно пытаясь отыскать миниатюрный громкопищатель, спрятанный там неизвестно кем. Он тщательно проверил помещение, аккуратно заглянув во все углы, раковины, унитазы и писсуары. Никакого громкопищателя не было и в помине. Подумав немного, адмирал не нашёл ничего лучшего чем обратиться к своей неожиданно обретшей право голоса части тела, причём уже не доверительно по-свойски, а несколько неуверенно и настороженно, как обращаются по необходимости на незнакомой улице к чужому человеку:
- Hey, um... penis! Is it really you talking to me or is it some kind of a mystification?
- Yes, I am really talking to you, bro! And I just asked you a couple of simple questions that you left unanswered. It"s not very polite, brother, I"m telling ya!
- Um... look, penis, I am sorry! I did not want to be impolite, I just did not expect a part of my body to talk to me, that"s all! Now I feel rather bewildered. I guess, there is something wrong with my head and I need to see a medic right away!
- You mean, a shrink? No, you don"t need a shrink! There is nothing wrong with your head. How come you did not expect me to talk to you? You"ve been talking to me on every occasion! Every time you pull me out of your pants! So, I just decided to talk back! By the way, would you, after all, give me a chance to urinate or what?
Адмирал Шерман, спохватившись, поудобнее перехватил свой говорящий орган, всё это время висевший наружу, и направил струю на большую чёрную муху с распростёртыми крылышками, похожую на изображение Овода из книжки Войнич, нарисованную рядом с прямоугольной матрицей из круглых дырочек по центру писсуара.
- Yeah... Oh, man, yeah! That"s so much better! - удовлетворённо промолвил адмиральский орган, успешно завершив акт мочеиспускания. - And by the way, brother, I don"t mind to be what I am - a man"s penis - but addressing me as "penis" sounds to me a bit derogatory. - Определённо, Дуэйн, озвучивавший за сценой адмиральский орган, развлекался как мог. А может быть, и напротив, был вполне серьёзен. Как афро-американец, он безусловно не потерпел бы чтобы белый человек назвал его ниггером. Будучи в данный момент половым членом, он вероятнее всего, посчитал слово "пенис" в качестве обращения к себе чем-то подобным слову "ниггер" в отношении афро-американца, а посему почёл за должное немедленно возмутиться.
- I am sorry, sir. I really did not mean to offend you. - смущённо ответил адмирал. - But how do you want me to call you?
- Well, brother, I ain"t need a fancy-schmancy salutation, but... You already gave me a name, which is Mr. Pecker, and I kinda like it! Why wouldn"t you keep calling me that name?