Короткий пас — и в его руке возник букет звёздных искр, который через несколько мгновений рассыпался радужной пыльцой. Иллюзия была эффектной и совершенной. Я даже зажмурилась, когда мне в лицо устремилось разноцветное облако. Рассмеялась.
— Помню я эти цветы! Твой подарок был очень красивым, хоть я и пыталась его вернуть. Ты ведь знаешь, что пыталась?
— Конечно. Но я сделал всё, чтобы у тебя не вышло, так что мы квиты.
— Понятия не имею, как меня угораздило в тебя влюбиться. Ты всегда делаешь то, что хочешь, и только потом интересуешься моим мнением. Вечного дара это тоже касается.
— Расскажи о своей новой жизни.
Он устроился рядом, приподнявшись на локте и глядя на меня.
Собраться с мыслями было сложно. Сейчас мне вообще не хотелось окунаться в грустные воспоминания.
Я думала, что не буду говорить много. Начала с детства, быстро добралась до гибели родителей, но чем дальше, тем больше откровений просилось на язык.
Боль непостижимой утраты. Жизнь с тёткой. Детский дом. Вадим. Наши отношения. Стремительное взросление. Работа у папиного друга и та, на которую устроилась после.
Я всё говорила и говорила, перескакивала то на одно, то на другое.
Петергрэм слушал меня, не перебивая и не отвлекаясь, подбадривая кивками и короткими репликами.
Видя его участие, я продолжала свой рассказ, не стесняясь даже неприглядных деталей.
И лишь одно признание оставила под конец.
— Вот так. Я не жила на тёплых островах, не заканчивала университет и не работала в крутой компании. Может показаться, что моя жизнь была тем ещё дерьмом, но и в ней нашлось место волшебству. На протяжении многих лет меня посещал один и тот же сон. В нём я шла к далёкой горе, которая постепенно превратилась в небоскрёб. Ледяной пик. Теперь я понимаю, что это был он. И знаешь, кто был моим спутником в том сне? Аланстар! Он оказывался рядом всегда. Мы путешествовали вместе. Я называла его "мой принц". Забавно. Он ведь и правда принц. Сын короля. Странно, что всё это время я видела его, а не тебя.
— На самом деле ничего удивительного, — сказал Грэм. — Во сне ты прикасалась к скрытым воспоминаниям о прежней жизни. Алан был с тобой в последние минуты перед гибелью. Его образ стал якорем, который связывал тебя с прошлым. Если бы не он, остался бы Ледяной пик или нашлось что-то другое.
Тон эрзара едва заметно изменился. Ему было непросто говорить о скорой смерти сына, и я чуть не напомнила, что Алан пока жив, что нельзя дать трагедии повториться, но усилием воли остановила себя. Время переубедить Грэма и доказать свою правоту ещё оставалось. Лучшим решением было ступать по этой дороге осторожно и самой разобраться в магических парадоксах.
— Но целиком мои воспоминания могли вернуться только после воздействия эрзарской магии, да? — уточнила я, имея в виду медальон Брана.
— Не обязательно. Однажды ты бы сама добралась до той горы. В первый раз память восстанавливается достаточно легко.
— В
Только сейчас до меня в полной мере дошёл смысл названия "Вечный дар". Ключевым словом здесь было "вечный". Бессмертие из легенды об эрзарских владыках существовало, просто не в том виде, в каком его представляли непосвящённые.
Я даже села.
— Хочешь сказать, это будет повторяться? Очередное рождение, жизнь в неведении, образы из прошлого, встреча с тобой. А что случится, если ты... когда ты...
Новая мысль поразила меня ещё сильнее откровения о Вечном даре. Рано или поздно свой земной путь заканчивали даже эрзарские владыки.
— Когда я умру? — спокойно спросил Грэм.
— Да!
— Как и ты, я отправлюсь в путешествие по следующим жизням. То, что называют Вечным даром, существовало с начала нашей истории, а не пришло вместе со спутниками. Ингоэ'лиит ир маэн. Дословный перевод "вечное странствие". Этой способностью обладают все владыки. В новом рождении они могут вспомнить то, что было с ними раньше. Или остаться в неведении. Чем больше жизней проходит, тем сложнее очередное пробуждение, но время от времени оно случается.
— Значит, владыка может родиться не владыкой? Даже человеком?
— Ответы на твои вопросы — да и нет. Есть несколько законов, которые, как мы знаем, ни разу не нарушались. Владыка никогда не возвращает себе свой ранг. Родившись сильнейшим единожды, в следующих воплощениях он в лучшем случае оказывается высшим. Кроме того, мы накрепко привязаны к своей расе. Нет ни одного свидетельства о том, чтобы владыка оказался в теле человека или аури.
— Аури?
— Так зовутся жители шестого мира в нашем кластере. Кластер это...
— Я знаю. Ты рассказал. Не очень подробно, но кое-какие представления я имею.
— Когда?
— В день нашей с Нели первой встречи. Ты пригласишь её посмотреть на мир, который мог стать вашим.
Грэм кивнул, принимая информацию к сведению. Интересно, устроил бы он для Нели прогулку, не предупреди я его?
— А принадлежность к семье? Она тоже не меняется? — вернулась я к разговору о Вечном даре.