— Я буду пробовать. — решительно сказал Мальчик и сделал шаг вперед. — Я объединяюсь с Кантарионом.
Он развел руки и закрыл глаза, повторяя про себя формулу слияния, лишь слегка шевеля губами. Кантарион тоже начал произносить ее. Возникло ощущение, что их слова материализуются и образуют вихрь, который подхватил их обоих, закружил и смешал как в блендере. Когда вихрь остановился, Мальчик был один. Он немного изменился, взгляд стал другим, а движения — более уверенными.
— Севирал это ты? — спросила Вторая Девочка.
— И да, и нет, — ответил он. — Потом разберусь, а сейчас займемся созданием мира.
— А ты умеешь? — спросила Первая Девочка.
— Кажется, умею. Возьмите по волоску у этих созданий.
Девочки преодолевая брезгливость подошли к Лизе и Климу, протянули руки к их волосам. Клим дал им выдернуть свой волос, но Лиза отстранялась, не разрешая этого сделать. Тогда Клим, взял девушку за руку и осторожно сам выдернул ее длинный русый волос. После чего передал его Второй Девочке, которая в благодарность даже немного улыбнулась.
Мальчик взял у подруг волоски и подбросил их вверх, закрыв глаза и начиная произносить про себя формулу творения. Волоски вспыхнули и образовали огненный шарик, от которого начали тянуться новые мировые линии. Замелькали знакомые образы. Но когда Мальчик прекратил шептать и открыл глаза, линии стали утончаться и исчезать. Он снова закрыл глаза и начал повторять словесную формулу. И снова мировые линии стали расти и множиться. Но Мальчику становилось всё сложнее и сложнее. В конце концов он упал на колени полностью обессиленный. Созданный мир какое-то время был устойчивым, но потом линии стали лопаться, пока не остался только огненный шарик, который исчез последним. Два волоска упали перед, все еще стоящим на коленях, Мальчиком. И в этот момент их со всех сторон обступили фигуры в желтом. Девочки в ужасе прижались друг к другу, и в знак раскаяния опустили головы.
Клим открыл глаза. Ему огромных усилий стоило представить эту сцену. Он не очень понял, почему его видения никогда не сбываются. Но это единственное, что юноша мог сделать в данной ситуации — представить себе самый неблагоприятный вариант развития событий, чтобы он никогда не сбылся.
Данталион разжав ладонь, взглянул на монетку и, обведя присутствующих ничего не выражающим взглядом произнес.
— Я выполню слияние силы.
Обе Девочки подпрыгнули от радости, а Мальчик улыбался от облегчения и от предвкушения потрясающего опыта.
— Что мне делать? — спросил он.
— Произноси формулу слияния, как я вас учил, называя наши имена, — сказал Кантарион.
— Как мне его называть?
— Данталион, — сказала Лиза, удивив желтых детей своей осведомленностью.
Мальчик произнес про себя нужную формулу. После чего его самого, Данталиона и Кантариона закрутило в вихре, пока все трое не слились в одну фигуру, которая принимала облик то одного, то другого, то кого-то среднего между ними. В коне концов, трансформации прекратились, и Мальчик снова стал похож на самого себя, но только немного выше и старше.
— Севирал? — спросила Вторая Девочка.
— Да, это все еще я, — отозвался Мальчик.
— Ты знаешь, что нужно делать?
— Да.
Клим, не дожидаясь указаний, выдернул свой волос и волос Лизы. Севирал протянул руку и волоски сами вырвались из ладони Клима, под удивленные взгляды девочек, озадаченных действиями Клима, который явно знал об этом ритуале больше, чем они. Волоски взлетели вверх, переплетаясь. Потом так же, как и в видении юноши, они превратились в сверкающий шар точки сборки, из которого начали расходиться многочисленные мировые линии. На этот раз процесс образования мира шел гораздо более интенсивно. Снова замелькали знакомые образы.
Клим вдруг совершенно явственно услышал голос Призрака школы:
— Вам пора возвращаться. Возьми Лизу за руку.
Юноша немного помедлил, глядя на завораживающую картину возрождающегося мира, и сжал руку девушки. Лиза вопросительно посмотрела на него. Их ладони вспыхнули желтым светом, и они исчезли из этого странного места, очутившись на пустой утренней крыше своей школы.
08.00
Крыша и вид, открывающийся с нее, казались прежними, как и до превращений.
— Это что? — спросила Лиза, сама не веря своим глазам.
— Все вернулось? — конкретизировал вопрос Клим.
Константин Кириллович, одетый в свой обычный учительский костюм, посмотрел вдаль, а затем на молодых людей.
— Да. В целом, вернулось.
Лиза, словно очнувшись от оцепенения, схватила свой гаджет и, набирая маму, отошла на несколько шагов.
— Мамочка?
— Я в школе.
— В нашей …
— Открыта…
— С друзьями …
— Кушала …
Лиза еще дальше отошла, продолжая разговор. Клим заглянул в свой телефон, родители были на месте, и ни одного циркача в контактах.
— У меня все хорошо, — вернулась сияющая Лиза, — а у тебя.
— Тоже все на месте.
Клим и Лиза посмотрели на Константина Кирилловича, который правильно понял, о чем они сейчас думали.
— Нет, все произошедшее вам не приснилось и не привиделось, — улыбнулся он.
— Но в это трудно поверить, — сказал Клим.
— Да, к тому же для остальных — ничего этого не было, — подтвердил математик.