Затем разложили по мешкам «вечные» фляги с водой и кофе, семена дерева рох, отгоняющие сон, и «нескончайки», как незамысловато называли квейтанцы магические съедобные продукты, обладавшие свойством восстанавливаться. Эти самые «нескончайки» оказались преоригинальными штуковинами, не считая хлебной буханки, выглядевшей вполне обыкновенно, и про себя Вероника окрестила их «шишками». С виду они и впрямь напоминали нечто среднее между еловой шишкой и ананасом – толстенькие, продолговатые, покрытые разноцветными чешуйками. Каждая «шишка» имела свой вкус – от мясного до шоколадного, и взамен оторванных чешуек на них в считанные минуты отрастали новые…
Гемиона выдала из собственных запасов старинное, но верное оружие против физического нападения – серебряные пистолеты, заряженные серебряными же пулями, способными убить оборотня и до смерти напугать великана. И, упрятав их в карманы, все четверо ее гостей подняли не сговариваясь и закинули за плечи свои дорожные мешки.
Ведьма нахмурилась. Обвела их по очереди испытующим взглядом.
– Все-таки решили идти прямо сейчас?
– Ну да, – сказал капитан Хиббит. – Зачем ждать до завтра? Спасибо тебе, Гемиона.
Она покачала головой.
Упрямец!.. Ей хотелось спросить – «ты идешь искать Феркаэля или смерти?» Но в опасный путь такими вопросами не провожают… И вместо этого она спросила:
– Это ваше единодушное решение?
Все четверо кивнули.
– И… вы помните, о чем я говорила? Вы хорошо подумали?
– Как могли, – снова ответил за всех Кароль. – Будь моя воля, я, конечно, пошел бы один, но… – и повторил: – Спасибо тебе.
– Постойте, – сказала она. – Вернее, присядьте на дорогу. Ты рано благодаришь, друг мой, ведь я еще не исполнила своего обещания – спеть для вас!
В тот же миг в руках Гемионы откуда ни возьмись появилась гитара, и ведьма легко провела пальцами по струнам.
Капитан Хиббит просиял. С готовностью сбросил мешок с плеча и уселся на стул.
Спутники его сделали то же самое, хотя никакого обещания спеть не помнили и песен отнюдь не жаждали. К этому времени успел слегка помрачнеть даже и Михаил Анатольевич, не ожидавший, по-видимому, от предстоявшего похода ничего хорошего. Странно, что он ни разу не попытался воззвать к благоразумию остальных, подумала Вероника, садясь рядом с ним на диван. Считает уговоры бесполезными и готовится к верной погибели?..
Тут Гемиона вновь пробежалась пальцами по струнам. И негромко, низким, грудным голосом запела:
– «Зову ли я тебя – не знаю…»
Вероника закрыла глаза.
Больше она не слышала ни слова.
Нет… слышала, конечно, но не запомнила. Потому что голос ведьмы Гемионы вдруг вынес ее в какое-то иное пространство, где слова потеряли значение, превратившись в чистую боль и чистую радость – алое и зеленое пламя. В этом едином, но не смешивающемся пламени без остатка сгорело все суетное и земное, что обременяло душу. И душа увидела золотой поток и узнала свой дом – гармонию, которая произвела ее на свет и с тех пор неустанно призывала к себе.
Время тоже потеряло значение. Не осталось никаких желаний. Душа окунулась в поток света и тепла. А потом… вернулась.
В комнате стояла тишина.
«Ночь в ожидании рассвета…» – в самом ли деле в песне Гемионы прозвучали такие слова или это ей показалось?..
Вероника открыла глаза. Взгляд ее упал на капитана Хиббита, который сидел напротив. Он с силой провел ладонью по лицу, как будто стирая слезы, и только тут она ощутила влагу на собственных ресницах.
Но на душе было тихо и ясно. Как после бури. Или… перед рассветом.
Михаил Анатольевич вдруг легко поднялся со своего места, подошел к Гемионе и, наклонившись, поцеловал ей руку.
– Благодарю за нас всех, – сказал он. – Ты умеешь творить настоящие чудеса, благородная дама.
Ведьма улыбнулась.
– Надеюсь… Теперь – идите. Удачи вам!
– Ох, – сказал капитан Хиббит, вставая и светло улыбаясь ей в ответ. – Когда мы увидимся в следующий раз, я кое-что поведаю тебе, солнце мое Гемиона, – поделюсь мудростью, которая мне вдруг открылась. Но не сейчас… сейчас ты, пожалуй, и не поверишь, что я сумел подняться до таких высот! – Посмеиваясь, он тоже поцеловал ей руку. – Удачи, дорогая. Ты ее заслужила.
Вероника, еще не до конца понимая, какое чудо сотворила с ней песня Гемионы, но по-прежнему ощущая на душе небывалый покой, в свою очередь сердечно попрощалась с хозяйкой. Антон выразил надежду, что вскоре они увидятся снова. Затем все четверо подхватили свои дорожные мешки, и поскольку капитан Хиббит никогда не бывал в Бросельянском лесу и не знал, «куды бечь», как он выразился, телепортировала их на сей раз Гемиона. На опушку, на то самое место, где когда-то встретилась с Феркаэлем…
Глава 34
Впереди стеной встал лес, позади раскинулись холмистые, цветущие луга. И никого вокруг, ни одной живой души…