Твердой походкой Джейн направилась к станции.
— Здравствуйте, — окликнула она его.
— Привет, — словно бы даже не удивился такому неожиданному знакомству он, — меня зовут Кейт. А вас?
— Д-д-жейн, — смутилась девушка.
— Джейн, совершенно очевидно, что я тебе понравился, поэтому давай не будем больше говорить на эту тему, а направимся прямиком вон в то уютное кафе, — махнул рукой Кейт.
— Я не имею ничего против, — кокетливо улыбнулась девушка. И хотя лицо ее сейчас было спокойно — в душе Джейн царил Хаос. Господи, неужели все бывает вот так. Так просто, без лишних слов…
Кафе и впрямь было уютным. Джейн и Кейт заняли столик на двоих. Сначала они ели палочки из джайвайской рыбы, очень редкой на этой планете, после пили перламутровое вино, очень вкусное и почитаемое всеми знатоками вин. А потом целовались. Долго и нежно. Благо, что их столик находился в самом дальнем углу и их умудрился заметить лишь только пробегавший мимо официант.
— Я люблю тебя, — шептала Джейн, — ты самый лучший.
Потом Кейт повел девушку к себе домой. Стоило ему провести карточкой по двери, закрывая ее изнутри, как Джейн вновь прильнула к его губам. В безумстве любви она повалила его на кровать и стала расстегивать его рубашку, покрывая тело поцелуями.
— Я люблю тебя, — продолжала шептать она.
В постели Кейт был просто великолепен. Никто, никогда еще не доставлял Джейн такого удовольствия. Утром, когда все закончилось, Джейн прошептала Кейту на ухо:
— Ты и вправду лучший.
— Лежи, я сейчас приготовлю кофе, — сказал он.
Никто и никогда еще не приносил Джейн кофе в постель. Возможно, это было уже не модно, но зато чертовски приятно. Она лежала на кровати, попивая приятный напиток, а Кейт копошился на кухне. Идиллия. Именно сейчас Джейн наконец-то осознала, что любит его. Действительно любит, причем любит так, как будто знает его очень-очень давно. Такое бывает раз в жизни. И навсегда. И тут дверь распахнулась. Сама. В комнату ворвались какие-то люди. Голова у Джейн закружилась от какого-то неведомого ей запаха, и девушка провалилась в темную бездну.
Очнулась она в белоснежной комнате, укрытая белым одеялом. Где она? Где Кейт? Что вообще произошло?
— Миссис Уиллоу, я вижу, вы уже очнулись, — раздался голос откуда-то сзади. Джейн чуть повернула голову и увидела симпатичного мужчину с чемоданчиком.
— Кто вы? — спросила девушка.
— Спокойно. Слишком много вопросов. Для начала, позвольте выразить вам благодарность.
— За что?
— За помощь в тестировании новейшей кибермодели Идеал.
— Что? — Джейн вскочила с кровати. — Кибер?
— Именно.
— Суки! — в ярости девушка схватила подушку и метнула ее в мужчину. Тот поймал ее отработанным движением и кинул на кровать.
— Не нервничайте, я понимаю, это непросто, но вы сами напросились. Кибер же вел себя по заложенной в него программе. Кстати, как он вам?
— Он… а где он сейчас?
— Отправлен на доработку. Видите ли, если бы мы тогда не ворвались, то дело могло бы зайти слишком далеко. Возможно, вы бы полюбили его. А ведь создание семей с Киберами запрещено Межгалактическим Законодательством. Ладно, теперь вы свободны. Еще раз спасибо за помощь, хоть и невольную.
— Постойте, — резко сказала Джейн, — а зачем вы его создали?
— Чтобы дарить надежду. А теперь прощайте, я пожалуй перемещу вас к остановке, где вчера вы встретили кибера. У нас тут есть небольшой грави-трансфер, вон видите кабиночку?
Словно во сне, Джейн вошла в кабинку и плотно закрыла за собой дверь. У нее отняли все. Выпотрошили. Забрали любовь. Заставили любить. Показали идеал, которого нет и быть не может. Сами того не понимая, разбили жизнь.
Яркая вспышка перемещения. Перемещение в мир, где она уже больше никогда не сможет любить.
Тени
Я огибаю заброшенный деревянный дом и, чуть не поскользнувшись на бензиновой лужице, продолжаю бежать. Легкие разрываются от жгучей боли, но останавливаться нельзя. Я чувствую, он следует за мной, и, стоит остановиться на несколько секунд, будет… хотя проще не думать об этом, а просто бежать.
Наивно предполагать, что он потерял мой след, хотя я и не чувствую гулких шагов за спиной. Под ногами хрустят и лопаются стекла, я запинаюсь о какую-то трубу и падаю.
Я вижу дом. Большой дом. Из тех домов, что имеют запирающиеся двери в подъездах. Каждая из них покрашена в определенный цвет и закрыта. Распахнута лишь зеленая. Вот оно, долгожданное спасение.