В-третьих, по окантовке лифа и посередке до линии талии поблескивали камни, недвусмысленно намекая, что никакого отношения ни к иллюзиям, ни к простеньким стекляшкам не имеют.
Платье и правда было эпатажным. Настолько, что я сама казалась себе блеклой молью, пустой и ничем не примечательной вешалкой, на которую по ошибке повесили это великолепие.
Дернув за заколку, я постаралась хоть как-то исправить ситуацию с открытостью верха. Волосы волной спустились на грудь и плечи. Стало чуть лучше, но себе я не нравилась совершенно.
Две недели из-за усталости и постоянных тренировок я почти не вспоминала Фиону, но теперь ее голос жужжал в голове назойливым комаром.
Все эти слова всплывали воспоминаниями, когда мы с ней один единственный раз ходили в ателье, чтобы подобрать наряд к юбилею отца. Тогда «наш» выбор остановился на закрытом атласном бежевом платье с дурацким, постоянно отваливающимся ажурным воротником. Из-за ткани платье постоянно мялось, и мачеха отправила меня в комнату еще до появления гостей.
Стук в дверь застал меня врасплох, ровно в тот момент, когда глаза уже почти налились слезами. Спешно прокашлявшись и пройдясь по нижнему веку пальцами, я повернулась к двери и сдавленно отозвалась:
– Входи.
– Оу… – задумчиво выдохнул Дан, замерев у входа и разглядывая меня с ног до головы.
Его странное выражение лица нервировало. Я ни разу в жизни не надевала подобное, чувствовала неуверенность и вообще… Что, так сложно хотя бы маленьким комплиментом подбодрить?! С него не убудет.
– У этого твоего «оу» все больше значений. Попробуй дополнить его хоть какими-то эпитетами, – раздраженно буркнула я.
– Это «оу» категорически восхищенное. Платье село безупречно, и я просто в восторге от своего глазомера.
– Ну спасибо, – бесцветно отозвалась я.
Еще бы, «идеальный и восхитительный Дан снова оказался прав», почему бы не повосхищаться своей собственной находкой, а не тем, кто эту находку примерил.
– Теперь туфли! – скомандовал он.
Держать лицо, держать лицо, держать лицо… Не показывать, что такая реакция меня задела.
Я послушно открыла вторую коробку.
– Дан, тут каблук! – совсем упавшим голосом сообщила я. – Сантиметров восемь, не меньше.
– И что?
– Ты мой рост видел? Я буду дверные косяки сшибать! На подлете.
– Ну я же не сшибаю, – дракон дернул широкими плечами, поторапливая, чтобы я примерила обувь. – Просто попробуй. Продавщица убедила, что они крайне удобные. Проверять, уж прости, не стал, поверил на слово.
Это всего лишь спектакль. Всего лишь спектакль…
Какая разница, как я вообще буду выглядеть, если никто даже не поймет, кто я. Да даже если бы поняли, какая разница – совсем скоро Лиззабет Эйвери перестанет существовать.
Настанет время для Элисы Верэй. Да, я даже придумала себе новое имя. И то, как буду заново знакомиться с «Занозами». Правду расскажу, наверное, только Кассандре и Дарине. Первая не из болтливых, а вторая с таким женихом всегда сможет выяснить, куда запропастилась ее подруга Лиззабет.
За это время я многое успела нафантазировать. Даже поверить в парочку своих фантазий.
Подгоняя себя мечтами, обулась. Сделала пару шагов туда-сюда, проверяя, насколько удобные туфли. Продавщица не обманула.
– У тебя лицо, будто ты траур десятилетний приняла, а не самые модные туфли в этом сезоне примерила, – цокнул языком Эйдан.
– К чему вообще это все? Может, ограничимся иллюзиями?
– А в «Небосклон» ты в костюме для тренировок пойдешь? Нет, мои иллюзии, конечно, великолепные, но не стоили бы ни гроша, если ты пойдешь в таком настроении. А там хоть в костюме для тренировок, хоть в мешке из-под картошки. Смотри!
В начале своего внезапно эмоционального монолога он взял меня за руку, к «смотри» подвел меня к зеркалу и встал рядом. Простой домашний наряд – Эйдан еще не переоделся к ужину – сидел на нем до одури хорошо. Свободная рубашка охватывала крепкие плечи, завороты обнажали красивую линию рук. Привычная легкая растрепанность накидывала шарма.
– Не на меня смотри, на себя! И что с твоим ростом не так? Я все равно выше тебя почти на голову, – явно красуясь, произнес Эйдан.
Клоун и шут.
– Хочешь туфли, будут тебе туфли, – я затолкала все чувства и эмоции куда подальше.
Это просто сделка. Просто сделка.
– А теперь короткая тренировка, раз уж вечерняя откладывается, – сообщил Эйдан и щелкнул пальцами. Воздух зарябил, и через мгновение передо мной появилось сразу семь Фридсов. Такие фокусы он выкидывал по нескольку раз на дню, потому я даже не удивилась.
Все та же полосатая Рубашка, яркий Котелок, очки Умника и далее по списку.
– Угадаешь, где я настоящий, от меня будет подарок! – хором произнесли все семеро.