Читаем Седьмого не стрелять (сборник) полностью

Закончив дела, Ольга решила сходить на болото за клюквой, она совсем рядом – рукой подать. И, одев сапоги и прихватив корзину, бесшумно исчезла за частоколом березняка, за которым таинственно чернел хвойный лес.

Она шла легко и уверенно, как по своему подворью, зная, где что лежит, что требует её заботливой руки. Вот подошла к знакомому муравейнику и, глянув, ахнула, перекрестилась. Коническая куча из иголок хвои сосны и ели, высотой около метра, была развалена. Муравьи едва шевелились возле разрушенного жилья. Ольга сгребла всё в кучу, рассуждая:

– Неужели и тут медведко баловал? Да нет, зачем ему эта мелочь, когда пасека рядом. А-а – осенила её догадка, – да это же кабан мурашей разворошил, и прилёг отдохнуть в тепло, вепри используют муравейники для исцеления.

Ольга улыбается рукотворному домику мурашей, просит Бога их защитить в зимнюю стужу. Она снова идёт по пуховому мху. Кончилась сосновая гряда, и шагнула Ольга на ковёр зелёный, шелковистый, с крупной рубиновой клюквой, присела на колени. Ягоды красные, спелые. Но Ольга не спешит, молитвой просит благословления Божия, а уж потом начинает брать ягоду.

Но она не одна на болоте. За толстой суковатой коряжиной за женщиной наблюдает пара желто-коричневых глаз. Там стоит фигура так похожая на человека с короткими ногами, будто бы в низко опущенных галифе.

Медведь, чтобы привлечь к себе внимание, негромко посопел. Ольга оглянулась, увидела его, перекрестилась и занялась делом. А медведко от безделья то ложился на мох, то лапой чесал себе шкуру.

Охотник тоже страдал бездельем. После крепкого чая спать не хотелось. Вошёл в домик. Из угла, освещённого лампадкой, на него снова проникновенно глянули глаза Божьей матери и Иисуса. Внимание Ивана привлекла книга. На небесной синеве переплёта золотом старославянских букв вытеснено: «Закон Божий». Книга солидная. Иван держит её и читает с волнением: «О мире. Всё, что мы видим: небо, солнце, луну, звёзды, облака, землю, на которой мы живём, воздух, которым мы дышим, всё, что на земле: траву, деревья, горы, реки, моря, рыб, птиц, животных и, наконец, людей, то есть нас самих, – всё это сотворил Бог. Мир есть творение Божие».

«Хорошо сказано – ёмко, но ещё не убедительно, – подумал Иван Мишин. – А в школе говорили, что всё это создала природа. Напрашивается вопрос: что такое природа»?..

«…Чуден мир земной в своей красоте, и всё в нём наполнено жизнью. Невозможно сосчитать всех растений и животных, населяющих землю, от самых маленьких, не видимых нашим глазам, до самых больших. Они живут везде: и на суше, и в воде, и в воздухе, и в почве, и даже глубоко под землёй. И всюду эту жизнь дал Бог. Богат и разнообразен мир Божий. Но в то же время в этом огромном разнообразии царит дивный порядок, установленный Богом. Все растения и животные расселены по земле согласно этому порядку. И кому чем положено питаться, тем и питаются. Всему дана определённая и разумная цель. Всё в мире рождается, растёт, стареет, и умирает – одно сменяется другим. Всему Бог дал своё время, место и назначение. Только человек живёт повсюду на земле и над всем царствует. Бог наделил его разумом и бессмертной душой. Он дал человеку особое великое назначение: познать Бога, уподобиться ему и наследовать жизнь вечную. По внешнему виду люди разделяются на белых, чёрных, жёлтых и краснокожих, но все они одинаково имеют разумную и бессмертную душу. Через эту душу люди возвышаются над всем животным миром и уподобляются Богу. А если посмотреть в глубокую тёмную ночь с земли на небо? Сколько там увидим звёзд, усеянных по нему? Их несметное число. Всё это отдельные миры. Многие из них такие же, как солнце или луна, а есть и такие, которые во много раз больше их, но находятся так далеко от земли, что кажутся нам маленькими светящимися точками. Все они стройно и согласно движутся по определённым путям и законам друг около друга. И наша земля в этом пространстве кажется маленькой светлой точкой. Велик и необъятен мир Божий. Нельзя ни сосчитать, ни измерить его. Весь этот мир Бог создал для жизни и пользы людей – для каждого из нас. И если мы будем любить Бога и жить по закону его, то многое в мире нам станет понятным и ясным. Мы любим мир Божий и жить будем со всеми в дружбе, любви и радости. Тогда эта радость никогда и нигде не прекратится, и никто не отнимет её, потому что сам Бог будет с нами. Но чтобы помнить, что мы принадлежим Богу, быть ближе к нему и любить его, то есть исполнять своё назначение на земле и наследовать вечную жизнь, нам нужно больше знать о Боге, знать его святую волю, то есть – Закон Божий…»

Иван отложил книгу, задумался: «Как верно всё сказано, как глубоко она освещает сущность человеческую, а мы, разумные люди, неблагодарны, почти ничего не знаем о Боге».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Оптимистка (ЛП)
Оптимистка (ЛП)

Секреты. Они есть у каждого. Большие и маленькие. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит. Жизнь Кейт Седжвик никак нельзя назвать обычной. Она пережила тяжелые испытания и трагедию, но не смотря на это сохранила веселость и жизнерадостность. (Вот почему лучший друг Гас называет ее Оптимисткой). Кейт - волевая, забавная, умная и музыкально одаренная девушка. Она никогда не верила в любовь. Поэтому, когда Кейт покидает Сан Диего для учебы в колледже, в маленьком городке Грант в Миннесоте, меньше всего она ожидает влюбиться в Келлера Бэнкса. Их тянет друг к другу. Но у обоих есть причины сопротивляться этому. У обоих есть секреты. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит.

Ким Холден , КНИГОЗАВИСИМЫЕ Группа , Холден Ким

Современные любовные романы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Романы
Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее