«Мы видим, как многие евроатлантические страны фактически пошли по пути отказа от своих корней, в том числе и от христианских ценностей, составляющих основу западной цивилизации.
Отрицаются нравственные начала и любая традиционная идентичность: национальная, культурная, религиозная или даже половая. Проводится политика, ставящая на один уровень многодетную семью и однополое партнерство, веру в Бога или веру в сатану».
Так что происходит? А происходит новая война религий, и Россия выступает в ней на стороне Бога, а Запад — на стороне Гоморры.
К президенту России можно относиться как угодно, но Владимир Путин прекрасно осознает, что он делает.
Первый Рим был священным городом для всего христианства. Вторым Римом был Константинополь (нынешний Стамбул), эра которого закончилась после нашествия турок в 1453 году. И Третий Рим, в сознании верующих, — это Москва.
Путин придает Москве роль Священного города и центра борьбы против неоязычества и паганизма. В культурной войне за будущее человечества он твердой рукой помещает флаг России на сторону традиционного христианства.
В его последних выступлениях слышны отголоски речи Иоанна Павла II, чей Evangelium Vitae, провозглашенный в 1995 году, был вызовом Западу, который совершает моральное преступление, отвергает целостность человеческой жизни и живет «культурой смерти», презирающий слабых.
Что Папа Иоанн Павел имел в виду под словосочетанием «моральное преступление»?
Капитуляцию Запада перед сексуальной революцией, разводами, безудержной распущенностью, порнографией, гомосексуализмом, феминизмом, абортами, однополыми браками, эвтаназией, заменой христианских ценностей ценностями Голливуда.
В 2013 году Кремль запретил гей-пропаганду, аборты после 12 недель беременности, а также оскорбление чувств верующих.
Это ли не новая идеологическая война? И на чьей стороне Бог?
Почему китайцам нравится Путин
В минувшие выходные гонконгские власти использовали перцовку и слезоточивый газ, чтобы разогнать акцию Occupy Central.
Использование газа было ошибкой. Граждане вышли на улицы в знак солидарности с протестующими. Полиции Гонконга не хватило нервов и численности, чтобы разогнать их. Народно-освободительная армия осталась в своих казармах.
Толпа, по сути, взяла Гонконг под контроль. Теперь, по приказу Пекина, власти действуют исходя из стратегии «подождите, пока они выдохнутся». Предполагается, что протестующие пресытятся так же, как американцы во время акции «Захвати Уолл-стрит».
Пекин, однако, по понятным причинам нервничает.
Разрешение блокировать центр города и препятствовать движению на шоссе показывает слабость властей. Репутация Гонконга как финансового центра и его туристическая привлекательность могут пострадать. И Пекин не может допустить, чтобы протест продолжался слишком долго, потому что высок риск похожих акций на материке.
Нельзя допустить, чтобы студенты заставили Гонконг отказаться от решения Пекина наложить вето на итоги выборов главы специального административного района.
Если протестующие не освободят улицы Гонконга в ближайшее время, они будут разогнаны силой. Последние демократические протесты, прошедшие 25 лет назад на площади Тяньаньмэнь, были раздавлены танками.
В 2001 году было подавлено выступление секты «Фалуньгун». Протесты тибетцев и уйгуров, требующих автономии, были разогнаны силой и сопровождались массовыми ссылками китайцев в Тибет и Синьцзян.
Си Цзиньпин — не Михаил Горбачев. В Китае сегодня не люди решают, а партия. А лидер Китая теперь находится в том же положении, что и Леонид Брежнев, который в 1968 году приказал армиям Варшавского договора положить конец Пражской весне.
Гонконг — это своего рода микрокосм идеологических конфликтов в мире: между демократией и авторитаризмом, плюрализмом и национализмом.
Американские элиты сколько угодно могут петь псалмы о мультикультурализме, но в Китае, где отметили 65-ю годовщину революции, когда Мао заявил, что «Китай поднялся», национализм неуклонно растет.
Претензии Китая на все острова в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях, его предупреждения Вьетнаму, Японии и Соединенным Штатам держаться подальше приветствуются населением. Си Цзиньпин рассматривается народом как непоколебимый защитник исторических прав Китая.
Владимир Путин стал самым популярным иностранным лидером в Китае после того, как вернул Крым.
За кампанией Путина против иностранных НКО, которые являются финансируемыми США центрами подрывной деятельности в стране, тщательно следят в Пекине и готовят меры против поддерживаемых американцами НКО в Гонконге.
Гонконг может сказать нам, куда дует ветер XXI века. Либо Сити будет двигаться в направлении демократического будущего, как того требуют протестующие, либо вернется в родное лоно и будет поглощен Китаем.
Для китайских коммунистов принять конституцию, подобную американской, сродни самоубийству. Люди будут использовать свободу слова, чтобы критиковать и бичевать режим.