Читаем Севастополь 1941—1942. Хроника героической обороны. Книга 1 (30.10.1941—02.01.1942) полностью

Первый сектор (комендант полковник П. Г. Новиков, командир 2-й кавалерийской дивизии, военком полковой комиссар А. Д. Хацкевич, начальник штаба майор С. А. Камарницкий, начальник политотдела полковой комиссар И. С. Балашов) располагался в следующих границах: справа — по берегу моря, слева — от юго-восточной оконечности Севастополя, через Сапун-гору, далее несколько восточнее совхоза «Благодать», через высоты 440,8 и 555,3 — х. Делегарди. Части: 383-й стрелковый полк. Штаб сектора — штаб 2-й кавалерийской дивизии. Командный пункт — на бывшем хуторе Максимовича.

Второй сектор (комендант командир 172-й стрелковой дивизии, полковник И. А. Ласкин, военком полковой комиссар П. Е. Солонцов, начальник штаба майор А. П. Кокурин, начальник политотдела батальонный комиссар Г. А. Щафранский) располагался в следующих границах: справа — разграничительная линия с первым сектором, слева — юго-восточная оконечность Северной бухты, Цыганская балка, высоты 119,9 и 137,6 несколько юго-западнее Черкез-Кермен. Части: 514-й полк 172-й стрелковой дивизии, 31-й полк 25-й стрелковой дивизии, 1-й Севастопольский и 2-й Черноморский полки морской пехоты.[198] Штаб сектора — штаб 172-й стрелковой дивизии. Командный пункт размещался на английском редуте Виктория.

Третий сектор (комендант командир 25-й стрелковой дивизии генерал-майор Т. К. Коломиец, военком бригадный комиссар А. С. Степанов, начальник штаба подполковник П. Н. Неустроев, начальник политотдела полковой комиссар Н. А. Бердовский) располагался в границах: справа — разграничительная линия со вторым сектором, слева — полустанок Мекензиевы Горы (искл.), д. Камышлы, ст. Бельбек, д. Биюк-Отаркой. Части: 54-й и 287-й полки 25-й стрелковой дивизии, 3-й морской и 2-й Перекопский полки и 7-я бригада морской пехоты.[199] Штаб сектора — штаб 25-й стрелковой дивизии. Командный пункт размещался в отдельных дворах в 1,5 км юго-восточнее ст. Мекензиевы Горы.

Четвертый сектор (комендант командир 95-й стрелковой дивизии генерал-майор В. Ф. Воробьев, военком полковой комиссар Я. Г. Мельников, начальник штаба подполковник Р. Т. Прасолов, начальник политотдела батальонный комиссар М. С. Гукасян) располагался в следующих границах: справа — разграничительная линия с третьим сектором, слева — берег моря. Штаб сектора — штаб 95-й стрелковой дивизии. Командный пункт находился на высоте в 1,5 км юго-восточнее д. Любимовка. Части: 90-й и 161-й полки 95-й стрелковой дивизии, местный стрелковый полк и 8-я отдельная бригада морской пехоты.[200]

Прибывшие в Севастополь части и соединения Приморской армии нуждались в доукомплектовании и довооружении. Поэтому почти все батальоны морской пехоты, сформированные в первые дни боев за главную базу, были использованы для доукомплектования и формирования стрелковых полков Приморской армии или морских. Так, для формирования 383-го стрелкового полка были использованы три батальона морской пехоты — школы НКВД, запасного артиллерийского полка и школы младшего комсостава береговой и противовоздушной обороны. Во вновь сформированный 1-й Севастопольский стрелковый полк под командованием полковника П. Ф. Горпищенко вошли морские батальоны: 1-й Перекопский, Дунайской военной флотилии, школы оружия Учебного отряда. Все бригады и полки морской пехоты были включены в состав Приморской армии.[201]

Приказ требовал в каждом полку сформировать команды пеших разведчиков, укомплектовать их лучшим личным составом и добровольцами. В каждом стрелковом батальоне иметь по минометной батарее из шести минометов. Начальник связи СОР обязан был немедленно организовать прямую связь со всеми секторами, а внутри сектора — со всеми участками. Начальнику Управления тыла надлежало организовать довольствие войск по секторам, а начальнику артиллерии сформировать артчасти для каждого сектора.

Приказ № 002 имел исключительно важное значение. Он не только упорядочил организационную структуру войск, но и систему управления ими. Комендантами секторов были назначены командиры дивизий Приморской армии, а штабами секторов стали штабы их дивизий. Командование и штабы дивизий накопили опыт руководства войсками в боевой обстановке. Это в значительной степени подняло организованность и грамотность управления. Да и личный состав Приморской армии приобрел опыт боев на сухопутном фронте. Все это положительно сказалось на дальнейшей защите Севастополя.

Почти во всей литературе, посвященной обороне Севастополя, отмечается, что данный приказ был отдан командующим Черноморским флотом и СОР вице-адмиралом Ф. С. Октябрьским. Это ошибка, ибо несмотря на директиву Ставки от 7 ноября, он еще в командование СОР не вступал. Приказ № 002 подписан командующим СОР генерал-майором И. Е. Петровым, членом Военного совета СОР бригадным комиссаром М. Г. Кузнецовым, начальником штаба СОР полковником Н. И. Крыловым (нами использован подлинный приказ, а не в копии).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
1937. Как врут о «сталинских репрессиях». Всё было не так!
1937. Как врут о «сталинских репрессиях». Всё было не так!

40 миллионов погибших. Нет, 80! Нет, 100! Нет, 150 миллионов! Следуя завету Гитлера: «чем чудовищнее соврешь, тем скорее тебе поверят», «либералы» завышают реальные цифры сталинских репрессий даже не в десятки, а в сотни раз. Опровергая эту ложь, книга ведущего историка-сталиниста доказывает: ВСЕ БЫЛО НЕ ТАК! На самом деле к «высшей мере социальной защиты» при Сталине были приговорены 815 тысяч человек, а репрессированы по политическим статьям – не более 3 миллионов.Да и так ли уж невинны эти «жертвы 1937 года»? Можно ли считать «невинно осужденными» террористов и заговорщиков, готовивших насильственное свержение существующего строя (что вполне подпадает под нынешнюю статью об «экстремизме»)? Разве невинны были украинские и прибалтийские нацисты, кавказские разбойники и предатели Родины? А палачи Ягоды и Ежова, кровавая «ленинская гвардия» и «выродки Арбата», развалившие страну после смерти Сталина, – разве они не заслуживали «высшей меры»? Разоблачая самые лживые и клеветнические мифы, отвечая на главный вопрос советской истории: за что сажали и расстреливали при Сталине? – эта книга неопровержимо доказывает: ЗАДЕЛО!

Игорь Васильевич Пыхалов

История / Образование и наука