Читаем Школа жизни полностью

Доклад о работе крайкома в ЦК партии состоялся. Все мы ждали приезда из Москвы Николая Михайловича Пегова. В докладе на пленуме краевого комитета он рассказал, что Центральный Комитет строго, но справедливо оценил работу крайкома, горкомов и райкомов. Затем, ознакомив всех нас с решением ЦК ВКП(б), Николай Михайлович подробно проанализировал причины недостатков. Такой анализ помог каждому как бы со стороны взглянуть на свою работу, на свои дела и планы.

Работа предстояла немалая. Центральный Комитет партии указал на серьезные ошибки в руководстве промышленностью, транспортом и сельским хозяйством края. Многие отрасли промышленности значительно снизили объем производства.

Каждое слово в постановлении ЦК задевало за живое членов крайкома, партийных и советских работников, руководителей предприятий. Сидевший рядом со мной первый секретарь Ленинского райкома партии Дудоров заметно нервничал, неосторожным движением обломал кончик карандаша. И его можно было понять. Многое из того, о чем говорилось в постановлении, имело непосредственное отношение к Ленинскому району: именно в этом районе находится Дальзавод. Нервничали и руководители завода. Помню их озабоченные, напряженные лица.

Постановление Центрального Комитета требовало от руководства завода в кратчайший срок изменить стиль работы, поднять дисциплину, добиться, чтобы весь коллектив трудился с подлинным накалом.

Задача не из легких. Шел четвертый год войны. Заводу часто недоставало металла. Вместо опытных рабочих у станков стояла зеленая молодежь. Люди были измотаны тяготами суровых военных лет.

Но и руководители Дальзавода, и все, кто сидел тогда в зале, понимали, что не имеют даже права спрашивать себя: «Справимся ли? Потянем ли?» Признаться, на том пленуме меня с новой силой охватило чувство, будто я вновь попал в предвоенный Севастополь. Та же ответственность, те же трудности и та же готовность людей к самоотверженной работе.

Все сидящие в зале, такие разные и по жизненному опыту и по характеру — сурово сдержанный, требовательный секретарь райкома В. С. Фомичев, вездесущий, беспокойный В. А. Молоков, всегда уравновешенный начальник порта А. X. Передерий, — были на этот раз одинаково взволнованы.

Из постановления ЦК партии, из доклада секретаря крайкома было ясно, что от нас требуется не исправление отдельных ошибок и недостатков, а коренная перестройка стиля и методов руководства. Развернувшиеся прения помогли наметить конкретные пути борьбы за подъем партийной, политической, хозяйственной и культурной жизни края.

Через несколько дней постановление ЦК, итоги пленума крайкома и в связи с этим задачи, вставшие перед владивостокской городской партийной организацией, были обсуждены на пленуме горкома.

В постановлении ЦК партии говорилось, что Владивостокский горком допустил серьезное ослабление большевистской бдительности, успокоенность, благодушие, расхлябанность и нарушение партийной дисциплины в городской парторганизации. Главной причиной этих крупных ошибок, говорилось в постановлении, явилось отсутствие подлинной большевистской критики, самокритики и требовательности в партийных организациях, низкий уровень идеологической и организационно-партийной работы.

Что скрывать, разговор наш был острым и нелицеприятным. Например, выяснилось, что больше года бюро горкома ни разу глубоко и всесторонне не рассматривало вопроса о работе крупнейших предприятий города. А ведь кроме Дальзавода в большой помощи, в деловом руководстве нуждались и торговый порт, и железная дорога, и тот же «Металлист». Ни горком, ни райкомы партии не вникали в причины их отставания, не оказывали им должной помощи, не были требовательными к руководителям, мирились с тем, что политическое воспитание партийного актива поставлено неудовлетворительно, а уровень внутрипартийной работы низок.

Чтобы быстрее устранить эти недостатки, надо было нащупать главное звено, взявшись за которое можно вытянуть всю цепь. Этим важнейшим звеном всегда была политическая работа среди трудящихся.

Предстояло поднять активность масс, опираясь на славные боевые, революционные и трудовые традиции партии и народа, нашего города и флота. Один из вернейших методов воспитания! Многие руководящие работники края и города, командный и политический состав флота, участники Великой Отечественной войны, партийные активисты, преподаватели пополнили состав наших лекторских групп. Они выступали на предприятиях с докладами, лекциями и беседами о героических делах нашего народа, о славном прошлом Владивостока. Живее стали работать агитаторы. По их инициативе проводились экскурсии по историческим и революционным местам города. Газеты «Красное знамя», «Боевая вахта», «Тихоокеанский моряк», краевое радио часто обращались к этой теме.

Перейти на страницу:

Все книги серии О жизни и о себе

Похожие книги

1941. Пропущенный удар
1941. Пропущенный удар

Хотя о катастрофе 1941 года написаны целые библиотеки, тайна величайшей трагедии XX века не разгадана до сих пор. Почему Красная Армия так и не была приведена в боевую готовность, хотя все разведданные буквально кричали, что нападения следует ждать со дня надень? Почему руководство СССР игнорировало все предупреждения о надвигающейся войне? По чьей вине управление войсками было потеряно в первые же часы боевых действий, а Западный фронт разгромлен за считаные дни? Некоторые вопиющие факты просто не укладываются в голове. Так, вечером 21 июня, когда руководство Западного Особого военного округа находилось на концерте в Минске, к командующему подошел начальник разведотдела и доложил, что на границе очень неспокойно. «Этого не может быть, чепуха какая-то, разведка сообщает, что немецкие войска приведены в полную боевую готовность и даже начали обстрел отдельных участков нашей границы», — сказал своим соседям ген. Павлов и, приложив палец к губам, показал на сцену; никто и не подумал покинуть спектакль! Мало того, накануне войны поступил прямой запрет на рассредоточение авиации округа, а 21 июня — приказ на просушку топливных баков; войскам было запрещено открывать огонь даже по большим группам немецких самолетов, пересекающим границу; с пограничных застав изымалось (якобы «для осмотра») автоматическое оружие, а боекомплекты дотов, танков, самолетов приказано было сдать на склад! Что это — преступная некомпетентность, нераспорядительность, откровенный идиотизм? Или нечто большее?.. НОВАЯ КНИГА ведущего военного историка не только дает ответ на самые горькие вопросы, но и подробно, день за днем, восстанавливает ход первых сражений Великой Отечественной.

Руслан Сергеевич Иринархов

История / Образование и наука
10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Алексеевна Кочемировская , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное