— Ага-ага, — Нильс кивнул, снова пробегая взглядом по списку ингредиентов. — Всё бы хорошо, если б не экстракт солнца — его можно добыть только в светлых мирах, но мы скорее дождёмся, что крыло само восстановится, чем туда попадём. Не считая той мелочи, что нас, — кивок в сторону Феба, — там изнутри сожжёт.
— Спасибо, но я ещё не готов писать завещание. А есть альтернативы?
— Камни «слёзы солнца». Достать сравнительно проще, но я не знаю, где их сейчас продают.
Слёзы солнца... Если Сильена сохранила подаренную заколку, то придётся пожертвовать сердцевиной цветка. Но лучше так, чем потерять ещё больше времени. Тогда решено: нужно снять с вещей заклинание уменьшения, найти заколку и приготовить зелье.
***
Знакомая поляна. То самое место, где Сильена встретилась с Кошкой, пребывая в червоточине. Действительно спокойное и безопасное место, в котором есть время обо всяком подумать до пробуждения. Подумать о случившемся в петле.
То, что увидела Сильена, было... Ужасно, отвратительно. Нет смысла приукрашивать реальность, сглаживать углы, выбирая слова помягче. Поступки остаются таковыми, даже если совершены тем, кого ты любишь. А ведь она и предостережения Нильса внимательно слушала, и о демонах представление теперь имела, но увидеть всё самой оказалось ошеломительно тяжело. Одно дело допускать, что Феб мог кого-то когда-то убить, что для мага его уровня разрушить город — не предел возможностей, другое же — наблюдать за этим. За убийствами, за опытами, за шагающим по пятам безумием, терпеливо ожидающим момент слабости.
В самом начале она видела ребёнка, которого не принимал родной мир, которого было так жалко, что сердце болело. В конце же наблюдала за тёмным магом, убийцей, палачом, от которого в жизни бежала бы со всех ног ещё тогда, когда только покинула родной мир, совершенно не желая давать второй шанс, не пытаясь понять причину поступков, отделить их от личности. Теперь же Сильена стояла на распутье. Ещё более сложном, чем в день, когда она приняла решение отправиться за Фебом в мир демонов.
Теперь на чашах весов не только грехи его далёкого прошлого и жезнелюбивое, заботливое настоящее, но и страх за будущее. Даже если отбросить сомнения и поверить, что настоящий Феб — безобидный бард, откуда ей знать, что в будущем его не захватит тьма? Что рассудок его однажды не пошатнётся и не свалится в бездну? Ведь это почти случилось!
Если же подойти к вопросу с другой стороны... Что будет, если она решит уйти? Феб, несомненно, поймёт и отпустит, но как будет себя при этом чувствовать? За прощальной улыбкой может таиться ещё одна трещина, приближающая разрушение личности. Всё же фея — воплощение света, к которому так отчаянно тянулся этот демон. И если сам свет заявит, что сделанное по чужой указке важнее совершённого по собственной воле, что настоящая та личность, которую слепили другие, а не он сам. То... Это может стать концом. Это может оборвать последнюю нить.
Есть ситуации, в которых приходится принимать решение вне обычных рамок допустимого и непростительного, в которых нужно учитывать не только собственные взгляды, но и обстановку, чужие порядки. Есть ситуации, в которых нужно проявить милосердие к тем, кого оно ещё может спасти, ведь для умерших уже всё решилось, а вот живых или удержишь рядом, или столкнёшь в бездну. И есть опыт: мысли и чувства, которые удалось подглядеть, которые гораздо честнее домыслов, составленных из наблюдений со стороны. А ещё... Есть ситуации, когда просто неуместно говорить о вине, ведь это то же, что перекладывать на нож ответственность за действия его хозяина.
Если рассуждать таким образом, Сильена уже знала ответ: она готова остаться с Фебом, готова принять его прошлое, готова поставить на первое место настоящее и собственный опыт общения, готова быть тем разгоняющим тьму огоньком. Если бы не страх о будущем. Прошлое-то... Его не изменить! Но в будущее не заглянешь.
Так какой же здесь выход? Банальный, до смешного простой: поговорить. Просто обсудить страхи и сомнения, ведь вместе шанс найти решение куда реальнее. Феб тоже не хочет быть поглощённым тьмой, Сильена не хочет уходить, ведь любит и его, и совместные путешествия. Так зачем усложнять? Додумывать, тонуть в сомнениях — увольте! Они ведь напарники, которые делят в пути всё: радости, печали, успехи и трудности. Осталось только вновь взяться за руки.
Глава 34. Вслед за ветром
Зелье приготовили на следующий день, прошлый потратив на сбор и подготовку ингредиентов, ещё сутки оно настаивалось на солнце. Хотя Сильена за это время не проснулась, серость наконец сошла. На крыло наложили компресс. Оставалось только ждать. Прошёл день. Второй. Рана, больше похожая на трещину, затянулась. И вот, когда скрылись последние лучи солнца, и все в доме погрузились в сон, произошло маленькое, долгожданное чудо.