Геро рассеянно теребила в пальцах бриллиантовую серьгу. День клонился к вечеру, и она удалилась в гостиную с чашкой чая. Чай остывал на низком столике перед ней. Комната благоухала розами – букет стоял в огромной вазе в углу. Цветы были бледно-розового, ее любимого оттенка, но она на них не смотрела.
Кузина Батильда громко повозмущалась по поводу требования Максимуса свадьбы в воскресенье и отправилась к нему, чтобы урезонить. Но Геро не питала надежды на то, что даже кузине Батильде удастся убедить Максимуса отложить свадьбу. Если уж Максимус что-то решал, то стоял на своем как гранитная глыба.
На самом деле все это уже не важно.
Если ей суждено выйти за Томаса, то будет свадьба в это воскресенье или в какое-то другое – через несколько месяцев, к примеру, – теперь не имеет никакого значения. Ее даже не волновал неминуемый скандал. Должен, наверное, волновать. Ей бы прийти в ужас, ходить взад-вперед по комнате или истерично рыдать. Но ей было все равно.
Она совершает ошибку.
Геро вздохнула и уронила серьгу на стол рядом с чашкой. Она не могла отделаться от мысли, что совершает страшную, непоправимую ошибку.
– Вот ты где, – раздался из дверей голос Фебы. – А куда поехала кузина Батильда? Не могу ее найти.
– Прости, милая, – сказала Геро, чувствуя себя виноватой перед сестрой. – Она отправилась поговорить с Максимусом.
Феба охнула и опустилась в кресло напротив дивана, на котором сидела Геро.
Плечи у Фебы понуро опустились. Геро закусила губу.
– Максимус с тобой говорил?
Феба кивнула, глядя в пол.
– Мне очень жаль.
– Все хорошо. – Феба выпрямилась. – Эти балы и все такое… Это было бы очень утомительно, правда?
– Да, это так, – мягко ответила Геро.
– Просто… – Феба сморщила нос. – Я бы хотела хоть раз потанцевать с джентльменом, который не является мне родственником. Хоть один разок.
У Геро защипало глаза от слез.
– Я понимаю – это для моего же блага. – Феба вздохнула и робко спросила: – Кузина Батильда поехала к Максимусу, чтобы поговорить о твоей свадьбе?
Геро стало еще хуже. Они ничего не рассказывали Фебе, но сестра не могла не заметить, что в доме в последние дни творится что-то неладное.
– Ты ведь знаешь, что Максимус заявил, будто я должна выйти замуж в это воскресенье?
– Один из слуг что-то такое подслушал и сказал мне. – Феба опустила глаза. – Я-то думала, что Мэндевилл тебе больше не нравится.
– Все довольно запутанно.
– Но ведь он тебя ударил? – Феба с беспокойством посмотрела на сестру. – У тебя поэтому на щеке синяк?
– Да. – Геро перекривилась, дотронувшись до щеки, которая постепенно приобретала фиолетовый цвет. – Но он прислал свои извинения. – Она указала на вазу с розами.
– А, так вот они откуда.
– Да.
– Пышный букет. Он наверняка чувствует себя виноватым. Он должен так себя чувствовать. Я считаю, что тебе не следует выходить за него, раз он тебя ударил. А что думает Максимус?
– Все не так просто. – Геро вздохнула. Взяла со стола бриллиантовую сережку и повертела в пальцах. – Максимус считает, что для меня этот брак – самое лучшее.
– Не понимаю, как это.
– Мэндевилл поступил так в приступе гнева… Я совершила поступок, который его разозлил. Обычно он очень выдержанный человек. Максимус знает это, знает, что он будет для меня солидным, надежным мужем.
Феба скорчила рожицу:
– Надежный. Солидный.
Достоинства Томаса, перечисленные Фебой, показались Геро не такими уж безукоризненными. Тем не менее она согласно кивнула:
– Да.
– Как-то скучно выходить замуж лишь из-за этого.
– Брак вообще не сулит веселья. – Геро закусила губу.
– Почему? – спросила Феба. – Почему брак не может быть интересным… быть похожим на приключение? Я уверена, если ты не будешь спешить, то сможешь найти человека, при виде которого у тебя затрепещет сердце.
Затрепещет сердце. Именно это Геро сразу почувствовала, когда увидела Гриффина. Но он совершенно ей не подходит. А Феба еще слишком юна, чтобы это понять.
Геро уставилась на сережку.