Выехали засветло. Пока добрались до острова, пока натянули палатку, поставили сети уже и стемнело. Разожгли костер, но почему-то сидеть и всю ночь петь песни, как воображала Ивана, настроения не возникало.
Начал моросить дождик, похоже, что прекращать он не собирался. Ивана залезла в свою палатку. Душновато. В бок впивались острые камешки и корни, несмотря на подстеленный матрасик.
В палатку вломился Серый Волк и отряхнулся. Во все стороны полетели брызги, обдав Ивану Царевну с ног до головы. Ивана взвизгнула под холодным душем. Кое-как вытершись прихваченным из дома полотенцем, она, наконец, устроилась в спальнике. Свежий воздух сморил Ивану, и девушка уснула.
Среди ночи раздались чужие голоса. К острову причалило несколько лодок. Незнакомый народ расставлял палатки, разжигал костер и располагался на привал. Зазвенели гитары. К этому времени дождик уже прекратился.
Серый Волк дрых без задних ног, постепенно сдвинув девушку к стенке, заняв чуть ли не всю палатку. Он вытянулся во всю длину и слегка рычал во сне, подергивая лапами. Ивана ворочалась, но снова уснуть удалось только к утру, когда народ угомонился.
Когда девушка проснулась, день был уже в разгаре. Пели птички, сквозь полог палатки виднелось солнышко. Ивана вылезла наружу и потянулась. Болело все тело. Не приспособлены царевны спать в палатках.
Ночных посетителей уже не было. Видимо, снялись засветло и уплыли. Друзья Иваны стояли на берегу и громко спорили. Пропали расставленные сети. Напрасно неудачливые рыбаки прочесывали реку. Сетей не было.
Ивана предположила:
— Это ночные гости их прихватили! Больше некому.
Серый Волк было рванулся, но куда ему! Он же не крокодил, по воде догнать не сможет.
Пришлось позавтракать консервами вместо предполагаемой ухи. Ивана вздохнула и попросила вернуть её с острова на берег. Там они с Серым Волком быстро добрались до своего терема. Девушка легла в сухую чистую кроватку, взбила пуховые подушки, и сладко заснула. В голове мелькнула мысль «Как же дома-то хорошо!”
Осень-припасиха
Вот и осень наступила. Надо запасы делать. Не зря говорят, что осень — припасиха, а зима — прибериха. 21 сентября конец всякому лету, день осеннего равноденствия.
Все вокруг суетятся-готовятся. Белки грибы сушат, Царевна-Лебедь рыбы насолила, Волк и тот кое-какие запасы сделал. Солонины припас.
Ивана не возилась с заготовками. Да и зачем? Для этого в царском тереме полно народу, кто позаботится о зимних припасах.
Ивана с утра слышала звук сечек — поварихи на кухне рубили капусту, заскучала и решила навестить подружек. Приоделась, вызвала Серого Волка — не пешком же ходить, собрала гостинцы и в путь.
Первой по дороге была резиденция Маши и Медведя. Маша встретила Ивану неласково. Она вообще была вздорной девчонкой. Медведя замордовала. Он и воду носил, и дрова колол, и обед готовил. Сама Машка только распоряжения давала. Вот и сейчас встретила Ивану со словами:
— Привет. Чего надо?
Ивана смущенно пробормотала, что Медведя на днях встретила, в гости приглашал.
Маша недовольно фыркнула:
— Занят он. Капусту рубит, грибы-ягоды сушит, варенья варит. Дел у него невпроворот, бездельничать некогда. У нас слуг нет.
Все царство знало, что у Машки денег куры не клюют. Она на сказках миллионы заработала, а уж сколько сувениров разошлось по миру, не сосчитать. Но Медведя держала в ежовых рукавицах, чтобы не расслаблялся.
— Да и тебе было бы неплохо хозяйствовать поучиться. Замуж пора, кто тебя неумеху возьмет.
Ивана оторопела. Никто с ней так не разговаривал.
— Я вообще-то Царевна. В нашем роду никто домашней работой рук не пачкал.
Маша еще раз фыркнула:
— Вот одна и кукуешь! — и задвинула щеколду на воротах перед самым Иваниным носом.
Ивана разозлилась.
— Ах, так! Да я лучше всех научусь хозяйничать! Посмотрим, кто победит на выставке урожая!
Машины варенья-соленья неизменно призовые места занимали. Во всех лавках стояли баночки с яркими этикетками “Маша и Медведь”.
Подбежал Серый Волк, до этого исследовавший кустики.
— Иваночка, ты что вся раскраснелась? Машка что ли нехорошее сказала?
— Она, она сказала, что меня замуж никто не возьмет, потому что я не хозяйка!
Волк усмехнулся в усы.
— Ивана, не царское это дело, но почему бы не поучиться? Любое умение пригодиться может. Поскакали к Бабе Яге. Равных ей в заготовках никого нет.
Ивана сморщила нос:
— Сушеные мухоморы да желуди? Лягушиные лапки?
— Э, не скажи. Она многое умеет. Только молчит, не делится секретами. У нее своя клиентура из зарубежных сказок прилетает. За большие деньги раскупает деликатесы от Бабы Яги. Вот только согласится ли она тебя поучить, это большой вопрос.
Поскакали они к Бабе Яге. Уже на полянке почувствовали аромат варящегося варенья. Даже у Волка слюнки потекли, хоть сладкое он не жаловал.
Ивана подошла к избушке на курьих ножках. Та копала когтистой лапой землю и вырывала непонятные корешки. Увидев девушку, избушка быстренько сгребла выкопанное в кучу и повернулась спиной.