Читаем Слава Роду! Этимология русской жизни полностью

Праздники, подобные славянской Сырной неделе, посвящённые весне, плодородию, пробуждению природы, любили не только в России. Все народы Европы. В Греции они назывались Дионисиями. В Испании и в Италии за неимением снега крепостные стены, защищавшие зиму, складывались из досок, дров, ящиков, а вместо чучела зимы просто клали охапку соломы или вязанку дров. Бомбили такие крепости, естественно, не снежками, а бобами и горохом. И даже устраивались, как и у древних славян, конные скачки – corse. У германских народов ещё два века назад Масленица праздновалась так же, как у славян. У французов сохранился праздник с названием из нашего общего праславянского прошлого – Mardi gras (Жирный вторник). Так называли второй день Сырной недели. А у англичан отмечается Shrove Tuesday («покаянный день», а дословно «покаянный вторник») или Pancake Day («блинный день»), в США также существует традиция праздновать Жирный вторник, и называется он Fat Tuesday. Все эти праздники – остатки воспоминаний о Сырной неделе, которую отмечали праславянские народы.

Коляды дар

Принято считать, что календарь, которым мы сейчас пользуемся, появился в Риме. Но римляне ведь не были первыми людьми на Земле! За много сотен лет до Рима уже существовали в Европе и кельты, и венеды, и этруски… Не говоря уже о иллирийцах, фракийцах, греках и т. д. Все европейские народы того времени не перечислить. Так что странно было бы думать, что римляне сами придумали календарь! Вот так сели за стол все вместе и придумали. Не проходит по логике и версия, будто римляне заимствовали календарь у греков. Греческий календарь не совпадал с римским даже по началу летоисчисления.

Сегодняшние археологические находки всё более убеждают нас в том, что римляне заимствовали календарь у этрусков, а на календарь этрусков повлияли календари венедов и кельтов. До последнего времени считалось, что никаких артефактов-доказательств тому не существует. Действительно, если у праславянского народа календарём служила сама природа, то какие могут остаться доказательства, кроме самой природы? Кельты оказались более рациональными, и они стали вести записи своего летоисчисления на камнях и на дощечках. Конечно, деревянные дощечки не сохранились. И традиционным учёным не хватало хоть одного чёткого доказательства-артефакта того, что календари существовали у земледельцев Европы до Рима.

Недавно такое доказательство нашлось!

Во второй половине XX века в одном из подвалов Исторического музея в Риме учёные, изучавшие доримскую культуру кельтов, обнаружили два странных камня, вращающиеся друг относительно друга, с множеством выцарапанных на них руноподобных знаков. Оказалось, эти камни после разгрома кельтов случайно прихватил с собой в Рим Юлий Цезарь вместе с несметными кельтскими сокровищами. Не потому, что они ему или кому-то из мародёров понравились, а так, до кучи. Забирали всё, что плохо лежало. Что означали эти камни, не поняли, но на всякий случай прихватили. Может, какая тайна кельтских жрецов на них выцарапана, как управлять миром? Правда, прочитать, что на них написано, не смогли и забросили в какой-то погреб.

Тут надо кое-что уточнить… Цезарь не просто так пошёл войной на кельтов. У Рима в то время не было золотых монет, а у кельтов были. Кельты, на свою беду, научились выплавлять золото и добывать его на множестве европейских речек. Это их и погубило! Почти через два тысячелетия золото так же погубит американских аборигенов. Со времён Рима европейцы уничтожали страны и народы из-за золота, пока не нашли нефть.

После порабощения кельтов у римлян появились «свои» золотые монеты, и начался подлинный расцвет Римской империи. Конечно, с точки зрения роскоши, а не нравственности. Но кельтская культура была гораздо более развитой, чем культура римлян. А потому, как написано в том же английском этимологическом словаре, римляне переняли от кельтов множество слов, в первую очередь связанных с культурой.

Правильно, на мой взгляд, сказано в авторском фильме Терри Джонса «Кельты»: «По сравнению с кельтами римляне были истинными варварами!»

Действительно, они не поняли смысла этих двух загадочных камней с какими-то таинственными знаками. А это оказался древнейший кельтский календарь! Причём лунно-солнечный. Такая находка полностью разбивает традиционную точку зрения зашоренных умов о том, что календарь был изобретён в Риме и что в Европе не было более ранней письменности, нежели у греков и римлян.

В Риме не изобрели календарь! В Риме воспользовались знаниями более развитых с точки зрения знания законов природы соседей: венедов, кельтов, этрусков, египтян, карфагенян… Но знания эти приспособили под свои интересы и тем самым сбили с толку будущее человечество.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Арийский миф в современном мире
Арийский миф в современном мире

В книге обсуждается история идеи об «арийской общности», а также описывается процесс конструирования арийской идентичности и бытование арийского мифа как во временном, так и в политико-географическом измерении. Впервые ставится вопрос об эволюции арийского мифа в России и его возрождении в постсоветском пространстве. Прослеживается формирование и развитие арийского мифа в XIX–XX вв., рассматривается репрезентация арийской идентичности в науке и публичном дискурсе, анализируются особенности их диалога, выявляются социальные группы, склонные к использованию арийского мифа (писатели и журналисты, радикальные политические движения, лидеры новых религиозных движений), исследуется роль арийского мифа в конструировании общенациональных идеологий, ставится вопрос об общественно-политической роли арийского мифа (германский нацизм, индуистское движение в Индии, правые радикалы и скинхеды в России).Книга представляет интерес для этнологов и антропологов, историков и литературоведов, социологов и политологов, а также всех, кто интересуется историей современной России. Книга может служить материалом для обучения студентов вузов по специальностям этнология, социология и политология.

Виктор Александрович Шнирельман

Политика / Языкознание / Образование и наука
Движение литературы. Том I
Движение литературы. Том I

В двухтомнике представлен литературно-критический анализ движения отечественной поэзии и прозы последних четырех десятилетий в постоянном сопоставлении и соотнесении с тенденциями и с классическими именами XIX – первой половины XX в., в числе которых для автора оказались определяющими или особо значимыми Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Достоевский, Вл. Соловьев, Случевский, Блок, Платонов и Заболоцкий, – мысли о тех или иных гранях их творчества вылились в самостоятельные изыскания.Среди литераторов-современников в кругозоре автора центральное положение занимают прозаики Андрей Битов и Владимир Макании, поэты Александр Кушнер и Олег Чухонцев.В посвященных современности главах обобщающего характера немало места уделено жесткой литературной полемике.Последние два раздела второго тома отражают устойчивый интерес автора к воплощению социально-идеологических тем в специфических литературных жанрах (раздел «Идеологический роман»), а также к современному состоянию филологической науки и стиховедения (раздел «Филология и филологи»).

Ирина Бенционовна Роднянская

Критика / Литературоведение / Поэзия / Языкознание / Стихи и поэзия