Читаем Случайный брак (СИ) полностью

Несколько раз мимо проходили Рон и Джинни, расспрашивая всех встречных, не встречали ли те Гарри или Гермиону. Стало неудобно перед друзьями, но выдавать себя было нельзя — избавляться от мантии-невидимки в людном месте — не очень хорошая идея. Всё-таки этот чудесный артефакт полезен лишь когда окружающие не подозревают о его существовании. Ещё приятно было стоять в обнимочку — раньше они как-то этого не практиковали. И лёжа не обнимались, потому что как-то незачем было — им хватало лёгкого соприкосновения. Вокруг всё гудело — одни праздновали победу, другие заливали горечь поражения, а остальные отмечали интересную игру. Потом что-то изменилось в беспечной атмосфере лагеря болельщиков:

Плотная толпа волшебников с поднятыми волшебными палочками медленно двигалась по полю. Гарри присмотрелся — ему показалось, что у них не было лиц, но потом разобрал, что их головы скрыты капюшонами, а лица — масками. В воздухе высоко над этой группой бились четыре фигуры, корчившиеся в невероятных положениях. Можно было подумать, что волшебники в масках являлись кукловодами, а люди над ними — марионетками, управляемыми невидимыми нитями, которые поднимались в небо из волшебных палочек. Две из этих фигур были очень малы.

Новые волшебники, присоединяющиеся к марширующей группе, хохотали, указывая на извивающиеся в небе тела. Палатки сминались и падали под наступающими шеренгами. Раз или два Гарри видел, как кто-то из хулиганствующих сносил волшебной палочкой тенты у себя на пути; некоторые загорались, и крики усиливались.

Одна из горящих палаток неожиданно осветила людей наверху, и Гарри узнал одного — мистера Робертса, управляющего лагерем. Остальные трое, судя по всему, были его жена и дети. Один из шедших в строю своей волшебной палочкой перевернул миссис Робертс вверх ногами; её ночная рубашка слетела вниз, открыв взорам необъятные панталоны, она силилась прикрыться, как могла, а толпа внизу вопила и улюлюкала.

— Пожиратели, — судорожно втянул в себя воздух Гарри. — В точности, как рассказывал Сириус. Беги. Я прикрою.

— Тупица! Только смерть разлучит нас, а бежать вдвоем под одной мантией мы не сможем, потому что запутаемся и грохнемся, — откликнулась Гермиона. — Ложись. Огонь, — да, это из какого-то маггловского фильма, но сражаться совсем магически ребята пока не готовы.

По-прежнему связанные общей мантией, согласованно опустились на одно колено, на оба, оперлись руками о грунт и перешли в горизонталь, резко уменьшая площадь поражения со стороны надвигающейся опасности. Гермиона достала из сумочки обе волшебные палочки — свою и мужа. Ребята, поставив локти на землю, двумя руками направили оружие на беснющуюся толпу.

— «Вингардиум Левиосса»! — врезал Гарри подсекая палочкой гущу сгрудившихся хулиганов — волшебники в тёмных мантиях послушно поднялись в воздух, судорожно дрыгая конечностями.

— «Вингардиум Левиосса» — левитацией подхватила оказавшихся в свободном падении магглов Гермиона. Удерживая палочку двумя руками, она оттащила семью Робертсов на свободное место и мягко приземлила.

— Устал держать, — прохрипел Гарри и коротким жестом прекратил действие заклинания — в недавнем прошлом бесчинствовавшая толпа рухнула на землю бесформенной кучей. Стоны, крики боли и площадная брань наполнили пространство.

— Как мерзко они ругаются, — возмутилась Гермиона. — «Вингардиум Левиосса» — снова подсекла она вопящую и сквернословящую массу. — Тяжело, не могу поднять. Помоги!

— «Вингардиум Левиосса» — поддержал подругу Поттер. Совместные усилия юных супругов подбросили толпу вверх на дюжину футов, но слабые дети опять не смогли удержать эту кучу взрослых волшебников, которые снова крепко шмякнулись.

— По нумерологии тройка — магическое число, — подсказала Гермиона.

— Понял, — согласился Поттер. — Раз, два, «Вингардиум Левиосса» — в один голос произнесли заклинание ребята, выполнив синхронное движение волшебными палочками. На этот раз слияние сил оказалось наилучшим — хулиганов резко взметнуло вверх, и тут же вернуло обратно так же резко, что вызвало слитный звук падения вместо ранее получавшегося множественного.

— Тихонько встаём и медленно уходим, — шепнула Гермиона. — Не забывай, что мы всё ещё под одной на двоих мантией. Было бы обидно в ней запутаться.

От мантии освободились ещё на подходе к палаткам Уизли. Джинни в куртке поверх пижамы, аналогично облачённые Рон, Джордж, Фред, и встревоженный Артур:

— Слава Мерлину! Вы нашлись! Бегите к лесу, а я помогу нашим справиться с беспорядками.

В этот момент рядом с хлопком появился Перси: — Папа! Мистер Крауч послал в Мунго за целителями — много раненых. Кто-то переломал руки-ноги куче болельщиков. В остальном же — все тихо. Злоумышленник исчез.

— Так где вы столько времени пропадали? — мистер Уизли снова повернулся к Поттеру и Грейнджер.

— Попали в толкучку, а тут Гарри потянуло к вейлам, и он совсем управление потерял. Держала его под «Петрификусом» пока не перестал пускать слюни, — мастерски соврала Гермиона, а Гарри принял преувеличенно-смущённый вид — подругу нужно поддерживать.

Перейти на страницу:

Похожие книги

99 глупых вопросов об искусстве и еще один, которые иногда задают экскурсоводу в художественном музее
99 глупых вопросов об искусстве и еще один, которые иногда задают экскурсоводу в художественном музее

Все мы в разной степени что-то знаем об искусстве, что-то слышали, что-то случайно заметили, а в чем-то глубоко убеждены с самого детства. Когда мы приходим в музей, то посредником между нами и искусством становится экскурсовод. Именно он может ответить здесь и сейчас на интересующий нас вопрос. Но иногда по той или иной причине ему не удается это сделать, да и не всегда мы решаемся о чем-то спросить.Алина Никонова – искусствовед и блогер – отвечает на вопросы, которые вы не решались задать:– почему Пикассо писал такие странные картины и что в них гениального?– как отличить хорошую картину от плохой?– сколько стоит все то, что находится в музеях?– есть ли в древнеегипетском искусстве что-то мистическое?– почему некоторые картины подвергаются нападению сумасшедших?– как понимать картины Сальвадора Дали, если они такие необычные?

Алина Викторовна Никонова , Алина Никонова

Искусствоведение / Прочее / Изобразительное искусство, фотография
1984. Скотный двор
1984. Скотный двор

Роман «1984» об опасности тоталитаризма стал одной из самых известных антиутопий XX века, которая стоит в одном ряду с «Мы» Замятина, «О дивный новый мир» Хаксли и «451° по Фаренгейту» Брэдбери.Что будет, если в правящих кругах распространятся идеи фашизма и диктатуры? Каким станет общественный уклад, если власть потребует неуклонного подчинения? К какой катастрофе приведет подобный режим?Повесть-притча «Скотный двор» полна острого сарказма и политической сатиры. Обитатели фермы олицетворяют самые ужасные людские пороки, а сама ферма становится символом тоталитарного общества. Как будут существовать в таком обществе его обитатели – животные, которых поведут на бойню?

Джордж Оруэлл

Классический детектив / Классическая проза / Прочее / Социально-психологическая фантастика / Классическая литература
Актеры нашего кино. Сухоруков, Хабенский и другие
Актеры нашего кино. Сухоруков, Хабенский и другие

В последнее время наше кино — еще совсем недавно самое массовое из искусств — утратило многие былые черты, свойственные отечественному искусству. Мы редко сопереживаем происходящему на экране, зачастую не запоминаем фамилий исполнителей ролей. Под этой обложкой — жизнь российских актеров разных поколений, оставивших след в душе кинозрителя. Юрий Яковлев, Майя Булгакова, Нина Русланова, Виктор Сухоруков, Константин Хабенский… — эти имена говорят сами за себя, и зрителю нет надобности напоминать фильмы с участием таких артистов.Один из самых видных и значительных кинокритиков, кинодраматург и сценарист Эльга Лындина представляет в своей книге лучших из лучших нашего кинематографа, раскрывая их личности и непростые судьбы.

Эльга Михайловна Лындина

Биографии и Мемуары / Кино / Театр / Прочее / Документальное