— Да не то чтобы… — я почесал затылок, придумывая, чего бы поправдоподобнее ей соврать. — Понимаете, мои друзья подшутили надо мной. Завезли на остров, а пока я собирал дрова для костра, уплыли. Думаю, они хотели меня кое за что проучить, — я неловко рассмеялся. Вранье получалось так себе, но надо же было как-то объяснить мое здесь нахождение. — Я забрался на скалы, чтобы позвать их, но никого не увидел. А потом я случайно заснул, вот. Наверное, они вернулись и искали меня… А может быть, и нет. В любом случае, мне бы хотелось попасть на берег. Вы не знаете, кто мог бы меня отвезти? Я понимаю, час, конечно, поздний, но…
— Думаю, мой муж согласиться помочь Вам, — сказала женщина. И тут же намекнула: — у нас никакой заработок не бывает лишним. Идемте… Идем, Магда, идем же… Может, Вы хотите поужинать? — спросила она, обернувшись.
Я понимающе кивнул. О чем вопрос? Деньги у меня были. Я, конечно, мог вернуться на берег так же, как попал на остров. Но почему бы мне не скоротать вечер в компании милых местных жителей? Рубеж и моя «лучшая половина» никуда от меня не денутся.
Следом за женщиной я вошел в деревню. Девочка побежала вперед, к одному из небольших, но крепких рыбачьих домиков, которые все, как один, были укутаны сушащимися сетями и окнами смотрели на море. Когда мы подошли ближе, я заметил грузного сутулого человека, сидящего к нам спиной. При скудном вечернем свете он заканчивал конопатить старую лодку.
— Дорогой! — окликнула его женщина. — Ты не согласишься отвезти на берег этого молодого человека?
Мужчина распрямил массивную спину, обернулся… и ничего не сказал. Женщина оглянулась на меня, и на ее лице отразилось удивление. А действительно, чего это я остановился, как вкопанный, и уставился на ее мужа? А все было очень просто. Человеком, конопатившим лодку, был мой отец. Постаревший, с отросшими волосами, усами и бородой, раздавшийся в плечах, с потемневшей кожей, это все-таки был он. Я не мог не узнать его.
— Рик? — хрипло прошептал он.
— Ты его знаешь? — спросила женщина.
Он поднялся, сделал шаг мне навстречу. Но он все еще не верил своим глазам. Тогда я взял себя в руки и двинулся ему навстречу. Что я чувствовал в этот момент? Смешно: ничего.
Я подошел к нему и, подняв голову, сказал:
— Здравствуй. Да, это я. Извини…
Он вдруг странно пошатнулся — я подумал, что он сейчас он упадет. Но он не упал. Он обнял меня. И расплакался.
— Сын… Это мой сын, Мария, — прошептал он.
Отцу понадобилось какое-то время, чтобы успокоиться. Когда же мы все наконец-то вошли в дом, он сел на лавку и долго тер руками лицо. Я сел рядом и стал просто ждать. Ко мне, едва переставляя ноги по полу и гукая, подошел малыш. Заметив это, Мария подхватила его на руки.
— Пойду уложу его, — сказала она и ушла в заднюю комнату.
— Это твоя жена? — спросил я.
Отец кивнул.
— Муж Марии пропал несколько лет назад. Он оставил ее одну с Магдалиной.
— Значит, тот малыш — мой брат?
— Да.
— А Мария знает о нас с матерью?
— Да. Я рассказал ей все… Не сразу, но рассказал.
В доме темнело, несмотря на то, что горели масляные светильники и весело полыхал очаг.
— Так что случилось, отец? — наконец спросил я. Его фигура будто бы стала еще больше — и еще сутулее.
— Что случилось? — переспросил он. — Я спасся после кораблекрушения. Один спасся, все остальные сгинули. Кое-как я добрался до этого острова. И возблагодарил всех богов за то, что остался жив.
— Почему ты не вернулся домой?
Он тяжело вздохнул.
— А как я мог вернуться? Я ведь все потерял. У меня остались одни долги.
— Эти долги легли на нас с матерью.
— Я знаю, Рик. Прости… Как она?
— Нормально. Держит овощную лавку.
— Вспоминает обо мне?
— Может, и вспоминает. Но мы не говорим с ней о тебе.
Он снова тяжело вздохнул.
— Ясно… Рик, я виноват перед вами. Я знаю, я очень виноват…
— Перестань. Что сделано, то сделано, — сказал я. Он посмотрел на меня, и я увидел его улыбку.
— А ты стал взрослым, Рик. Говоришь, как настоящий мужчина. Чем ты занимаешься?
— Я служу госпоже Хэлгерде Арнгольд, — ответил я. И, вспомнив, что говорила Хельга моей матери, добавил: — Я ее личный поверенный.
— Хэлгерда Арнгольд? — переспросил отец. — Она, кажется, довольно богата… и влиятельна… Так?
— Зачем ты об этом спрашиваешь, отец?
— Понимаешь, Рик… Когда я был далеко на юге, одна женщина — уличная гадалка сделал мне предсказание. Она сказала, что ты станешь великим, если я умру.
Я усмехнулся.
— Вот оно что… И ты ей поверил?
— Как тебе сказать… Вообще-то нет. Но так сложилось, Рик, что я умер… Для всех, кто меня знал. А ты…
А я заключил сделку с демоном, отец. Теперь я сам демон, причем выдаю себя за светлого мага, даже служу лейтенантом в особом отряде Стражи. Мой капитан — верховный светлый маг, мои друзья — существа, решающие судьбы этого мира. И я понятия не имею, чем все это закончится.
— Отец, а та гадалка… Как она выглядела? Не светловолосая худенькая девушка?
— Нет. Это была старая южанка, больная и почти беззубая. Она жила в порту, в доках, как крыса, и побиралась. А что?
— Да так, ничего.
Не Хельга. Надо же, что-то в мире происходит без ее ведома.