Читаем Смысл Камня. Современный кинематограф Южной Кореи полностью

Знакомство с уличной жизнью, освещенной неоновым светом сеульского борделя, сурово и холодно. Наставница публичного дома — сильная и закаленная жизнью женщина, относится с презрением к неподготовленной Сонхва и осуждает ее за попытки сопротивляться клиентам. Сцены сексуального насилия показы режиссером намеренно откровенными и жестокими. Свойственное корейскому кинематографу осторожное изображение близости не вписывается в «азиатский экстрим» Ким Кидука.

По мере того, как девушка погружается в проституцию, в поведении все еще прослеживаются полноценные черты раскрепощенной девушки. Сопротивления и просьбы не совершать насилие вызывают сочувствие у сурового Ханги, который наблюдает за каждой близостью через тайное зеркало. Слезы, стекающие по бандитскому лицу, разоблачают растущие чувства плохого парня к Сонхва.

После неудачной попытки побега Сонхва, Ханги ловит и увозит свою возлюбленную на берег моря. Здесь она сталкивается с серией таинственных разорванных фотографий, которые предполагают скрытое прошлое или даже возможное предопределенное будущее между плохим парнем и бывшей студенткой.

Злоупотребление, насилие и сексуальность играют важную роль в повествовании как показатель мира, к которому принадлежит плохой парень, а также как средство выражения. Как и многие персонажи в работе режиссера, Ханги хранит молчание на протяжении большей части фильма, показывая чувства через жестокие действия и подчеркивая свою природу плохого человека. Хоть правдоподобная психология не является сильной стороной повествования, особенно когда дело доходит до объяснения цветущей связи между главными персонажами, тем не менее психология подчеркивает, как насилие стало общепринятым способом выражения в мире «плохих парней», в то время как другие эмоции подавляются или разливаются внутрь.

В конце концов, «Плохой парень» — это драма о насилии, социальном классе и возможности изменить жизнь. Споры зрителей и критиков о личности главного персонажа затуманили восприятие картины, но никто не отрицает провокационный характер режиссерского стиля. Увлекательная, абстрактная и отвратительная история Ким Кидука указывает на проблемы в современном мире и на то, как общество пришло к принятию таких ярлыков, как «плохой парень».

Семья как опора корейского общества: «Мать» (2009) Пон Джунхо, «Суровое испытание» (2011) Хван Донхёка, «Ода моему отцу» (2014) Юн Джегюна

Волкова Анна

Anna Volkova

преподаватель корейского языка

Фильм: «Мать» (2009)

Название на корейском написано на английский манер — «mother», но корейскими буквами.

Фильм: «Ода моему отцу» (2014)

Название на корейском — Международный рынок.

Без семьи меня чуть-чуть, а с семьею много.

Как и во многих восточных странах, в Южной Корее преобладает традиционное общество, поэтому семья — это не только ячейка общества, но и самое главное в жизни среднестатистического, выращенного в конфуцианстве корейца.

Пословица «Одной рукой в ладоши не хлопнешь», как нельзя лучшим образом отражает традиционное отношение корейцев к семье. Именно семья является тем местом, где человек учится социализироваться. В. Н. Дружинин в своей книге «Психология семьи»210 говорит, что в семье человек перенимает образцы поведения, социальные нормы и ценности, нужные для встраивания и нормального функционирования в обществе, формирует эмоциональные связи и привязанности, овладевает языком и традициями общества. Именно в семье человек проходит самые важные этапы жизни: рождение, взросление, учебу, работу, старость и смерть.

Издревле сложилось так, что родители подбирали наилучшую, по их мнению, пару для своего ребёнка. Оценивали статус семьи в обществе, образованность, чин и внешность будущего супруга или супруги для своих детей. Эта традиция сохранилась и до наших дней, но только в семьях чеболей — богатых владельцев корпораций. В обычных же семьях дети сами выбирают вторую половинку, но ждут одобрения родителей.

Родители растят своих детей в любви и заботе. Самоотверженно стараются передать жизненный опыт, обеспечить их кровом, пищей, образованием и другими благами человеческой цивилизации с расчетом на то, что в глубокой старости дети будут так же самоотверженно и с почтением заботиться о родителях. Поэтому корейцы изо всех сил стараются воспитать «правильных» людей. Как завещал Конфуций: «Относись к людям так, как хочешь, чтобы люди относились к тебе».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Алов и Наумов
Алов и Наумов

Алов и Наумов — две фамилии, стоявшие рядом и звучавшие как одна. Народные артисты СССР, лауреаты Государственной премии СССР, кинорежиссеры Александр Александрович Алов и Владимир Наумович Наумов более тридцати лет работали вместе, сняли десять картин, в числе которых ставшие киноклассикой «Павел Корчагин», «Мир входящему», «Скверный анекдот», «Бег», «Легенда о Тиле», «Тегеран-43», «Берег». Режиссерский союз Алова и Наумова называли нерасторжимым, благословенным, легендарным и, уж само собой, талантливым. До сих пор он восхищает и удивляет. Другого такого союза нет ни в отечественном, ни в мировом кинематографе. Как он возник? Что заставило Алова и Наумова работать вместе? Какие испытания выпали на их долю? Как рождались шедевры?Своими воспоминаниями делятся кинорежиссер Владимир Наумов, писатели Леонид Зорин, Юрий Бондарев, артисты Василий Лановой, Михаил Ульянов, Наталья Белохвостикова, композитор Николай Каретников, операторы Леван Пааташвили, Валентин Железняков и другие. Рассказы выдающихся людей нашей культуры, написанные ярко, увлекательно, вводят читателя в мир большого кино, где талант, труд и магия неразделимы.

Валерий Владимирович Кречет , Леонид Генрихович Зорин , Любовь Александровна Алова , Михаил Александрович Ульянов , Тамара Абрамовна Логинова

Кино / Прочее
Новая женщина в кинематографе переходных исторических периодов
Новая женщина в кинематографе переходных исторических периодов

Большие социальные преобразования XX века в России и Европе неизменно вели к пересмотру устоявшихся гендерных конвенций. Именно в эти периоды в культуре появлялись так называемые новые женщины — персонажи, в которых отражались ценности прогрессивной части общества и надежды на еще большую женскую эмансипацию. Светлана Смагина в своей книге выдвигает концепцию, что общественные изменения репрезентируются в кино именно через таких персонажей, и подробно анализирует образы новых женщин в национальном кинематографе скандинавских стран, Германии, Франции и России.Автор демонстрирует, как со временем героини, ранее не вписывавшиеся в патриархальную систему координат и занимавшие маргинальное место в обществе, становятся рупорами революционных идей и новых феминистских ценностей. В центре внимания исследовательницы — три исторических периода, принципиально изменивших развитие не только России в ХX веке, но и западных стран: начавшиеся в 1917 году революционные преобразования (включая своего рода подготовительный дореволюционный период), изменение общественной формации после 1991 года в России, а также период молодежных волнений 1960‐х годов в Европе.Светлана Смагина — доктор искусствоведения, ведущий научный сотрудник Аналитического отдела Научно-исследовательского центра кинообразования и экранных искусств ВГИК.

Светлана Александровна Смагина

Кино