Для устранения проблемы взрыватель Бринка, сохранив его как основной для бронебойных снарядов, отправили на доработку в части увеличения чувствительности (повторные испытания в 1894-1895 годах позволили наконец добиться более чем 90 процентов разрывов). В фугасных же снарядах решено было вернуться к несколько модифицированной ударной трубке образца 1884 года, обеспечивающей мгновенный подрыв. При этом бризантное действие новых боеприпасов по итогам всех стрельб признали "сообразным их конструктивному выполнению" - под этой витиеватой формулировкой крылось понимание невозможности добиться большей их эффективности при текущих условиях фабрикации. В то же время контроль за технологией изготовления снарядов всех калибров на артиллерийских заводах был усилен, что, несомненно, сказалось в лучшую сторону на однообразии их выделки.
Увы, но недостаточно высокая интенсивность опытных стрельб и сравнительно небольшие дальности, на которых проводились как эти стрельбы, так и большинство последующих артиллерийских учений русских эскадр в предвоенные годы, не позволили выявить недостатки самих орудий Канэ - слабость подъемных дуг и возможность разрыва не скрепленного до дула ствола. Эти вопросы флоту пришлось решать уже во время грядущей войны и после нее.
Тем не менее, следует констатировать, что с учетом всех реализованных технических новинок в артиллерии и броневой защите очередные русские броненосцы получились достаточно революционными кораблями, сочетавшими в себе лучшие черты как предыдущих проектов отечественных броненосных кораблей, так и английской и французской школ кораблестроения. За счет некоторого увеличения проектного водоизмещения, сообразного повышения его доли, отводимой на бронирование, и повышения качества брони удалось наделить защитой и оконечности по ватерлинии. Орудия главного калибра, количество которых не изменилось в сравнении с предыдущим типом броненосцев, наконец-то поместили в башенные установки, изготовленные Металлическим заводом (причем впервые в российском флоте их выполнили уравновешенными), а число новых скорострельных 152-мм орудий выросло до 12. В итоге своим составом вооружения эти броненосцы задали своего рода стандарт (4 орудия главного калибра и 12 среднего), который в последующем применялся на всех российских крупных броненосных кораблях предвоенной постройки.
В башнях в одном из вариантов проекта предлагалось разместить и среднюю артиллерию, но это предложение отклонили как из-за нежелания чрезмерного усложнения конструкции кораблей, так и ввиду ожидавшегося большего веса башен в сравнении с традиционными казематами. Уже в процессе постройки МТК была согласована замена на этих броненосцах восьми 47-мм пушек на четыре новых 75-миллиметровки (больше к тому времени просто не удавалось изготовить, так как значительное число этих орудий шло на вооружение новых миноносцев), что и было в итоге проделано.*